— Да ты совсем… — начал было он, вскакивая с дивана, но запнулся под моим заинтересованным взглядом и переиначивая формулировку, делая из ругательства комплимент. — Как мама.
— Ну а теперь можем и ваши проблемы обсудить, ханы и эмиры. Что вас беспокоит? — участливо посмотрела каждому в глаза, улыбаясь немного с безуменкой.
— Н-ничего, хана Адралех. — быстро открестился от всех претензий демон, почему-то подскакивая с места. — Но позвольте всё же задать один вопрос?
— Позволяю. — величественно кивнула, покровительственно смотря на главу рода и отца одного из тех, что вчера желали навестить меня на сон грядущий. Демон явно чувствовал себя не в своей тарелке, а от моей уверенности и вовсе начинал краснеть сам, будто девственная демоница, отданная Высшему господину за покровительство её семье.
— Наши сыновья… они надолго… они долго будут… такими? — кое-как подобрал он слова.
— Вы же согласитесь со мной, любезный эмир, что мальчики поступили очень плохо? — спросила вкрадчиво, приближаясь с милой улыбкой пираньи к столу с отцами. — Ломиться ночью к невинной, юной хане — это очень плохо и не подобает для настоящего воина. Я ведь защищалась, верно? Поставила защиту, верно? Они могли отступить. Ведь так?
— Т-т-так… — клацая зубами, но продолжая завороженно смотреть мне в глаза и дебильно улыбаться, согласился со мной демон.
— Они должны понести наказание. — мурлыкнула, прищуриваясь от удовольствия.
— Должны…
— Вы ведь не имеете ничего против моих методов перевоспитания мальчиков? Эмир, ну поклянитесь же в этом! Скажите, что мальчики сами во всем виноваты, а я поступила правильно! — смущенно улыбаясь, взяла в свои руки его ладонь и заканючила, словно маленькая девочка.
— Клянусь, что не имею ничего против ваших методов, прекраснейшая. Такая прелестная хана не должна страдать, вы должны улыбаться и радовать мир своим счастьем. — Скалясь во все зубы, демон потянулся свободной рукой к моей щеке, прикасаясь к ней с блаженным вздохом.
Резко перестав улыбаться, отошла от эмира и уже другим, официальным тоном подвела итог.
— Раз у вас, уважаемые, нет ко мне претензий, а ваш соратник только что поклялся перед миром в моей правоте, считаю, вопрос можно закрыть!
Как мне понравились их лица в этот момент, кто бы только знал! Эта смесь неверия, ярости, непонимания и даже невольного восхищения заставляли одну демоницу буквально мурлыкать.
— Но всё же, хана, как долго продлится ваше наказание? — вставая достаточно близко, эмир поднес мою ладонь к своим губам, целуя костяшки.
— Эмир, но ведь мне тоже хочется повеселиться. Они хотели провести хорошо и приятно время, так почему вы теперь против?
— Может потому, что они устроили сексуальные игрища друг с другом?! — демон явно хотел проорать эти слова, обвиняя меня во всех грехах, но из-за окутавшего его флера не мог это сделать, поэтому вопрос задался с приятной, завлекающей хрипотцой.
— Ну мы же с вами это уже обсудили. Не будь они столь упорны в преодолении моей защиты, ничего бы этого не было! Проклятие было заложено на замысел и мысли нарушающего контур. То есть с чем пришел, того и получишь, только в свою сторону. Но вы можете радоваться, что они только хотели меня изнасиловать. Приди они с замыслом убийства, ваши рода лишились бы сыновей. — С воодушевлением улыбнулась всем демонам, с намеком на то, что всё всегда можно исправить и мои комнаты ждут всех желающих.
О том, что я планирую оплести защитными заклинаниями все женские комнаты, заинтересованным знать не стоит. Я хочу проверить, как студенты усвоили урок, что без приглашения в комнаты пробираться нельзя. Девочки в этом мире — золото, и поступать с ними столь грязно, обрекая на унижения, позор семьи и сбагривание в чей-нибудь гарем, как порченный товар — сущая мерзость.
Тем более одна эльфийка сказала, что я могу делать с демонами что пожелаю, если это повлияет на них в лучшую сторону. Может, в ней играло вино, раз она разбрасывалась столь выгодными предложениями, но упускать шанс не планирую. Если не всех, то тех демонов, что находятся в академии, я сделаю нормальными мужчинами, уважающими женщин не только как мастурбатор для их писи, но как личность, как ту, о ком нужно заботиться и любить. И если в ходе перевоспитания кто-то из них вдруг умрет, то не слишком и печально. Брак всегда нужно утилизировать.
Мои губы помимо воли расползлись в предвкушающей и жесткой улыбке, а в глазах горела решительность, заставляя собравшихся демонов гулко сглатывать от придавливающей их силы.