Гробовая тишина.
Обратив на это внимание, демоница непонимающе подняла голову, осматриваясь, а замечая, что мы уже добрались, расплылась в широкой, радостной улыбке.
— Мастер Шаархан, а когда мы ещё пойдем в лес?
Глава 24
Атарис
Всю дорогу думала, куда же лучше использовать шкуру толоска? Не пропадать же добру? Самочка поделилась хорошим куском, и его вполне могло хватить на короткую юбку. Или всё же сделать топ, чтобы ни один демон не смел подходить и бесцеремонно обнимать? Мужчины не нашлись с ответом, но их понять можно, вряд ли воины разбираются хоть сколько-то в моде.
— Студентка Атарис, а расскажите подробней, как у вас оказалась эта шкурка, пожалуйста. — очень вежливо и почему-то постоянно нервно оглядываясь в сторону леса, поинтересовался севшим голосом ректор. Он же не подумал, что я самостоятельно откусила хвост толоска?
Мой рассказ не занял много времени, но под конец на меня смотрели с опасением и как на особо буйного психа. На Аглаека кидали не менее красноречивые взгляды. Большинство, конечно, безмолвно спрашивали, почему он не смог меня там просто забыть, раз одна чокнутая нашла общий язык со зверятами? Но были и те, кто просто кидал на моего демона сочувственные взгляды.
— Дочь, ты знаешь, что мясо этих животных ядовито? — хрипя, спросил мой здешний отец.
Зачем он явился в компании сексапильного красноглазого демона, являющимся по совместительству Повелителем и отцом Аглаека, интересно? И я как назло не при параде. Это вам не мусор ненакрашенной пойти выкидывать, знаете ли!
— Ага. — кивнула, рассматривая действительно сильного демона.
От него буквально разило тьмой и магией, указывающие на статус. И если хотя бы от одного его сына не ощущается подобного, то пусть даже не надеется отходить от власти! Хватит мне и того, что мои дети дебилы и губят моих дочерей! Допускать, чтобы на трон уместил зад слабосилок, я точно не намерена! Нет! Р-Р-Р-Рр!!!
— Так какого… зачем ты его ела?! — чуть запнувшись и перестроив предложение без матерных конструкций, проорал взбешенный демон.
— А чего мне будет? Я даже не икну с него, папуль. Так что успокойся и подумай, кто из мастеров-кожевников возьмется за шкурку. — безразлично пожала плечами и потрясла рукой с обозначенным предметом.
— Никто не возьмется! Потому что нет среди демонов самоубийц! Это ты у меня с приветом, раз жрешь гаремные сладости с ядом и разделяешь трапезу с толоском! — продолжал орать эмир Адралех, доведенный до ручки.
Перевела недовольный взгляд на хана Карая, уверенная, что это он разозлил мне демона, с которого я хотела стрясти денег на побрякушки. Ректор шарахнулся от моего взгляда, и это заметил отец.
— И не смей пугать порядочных ханов, Атарис!!
Я знала только один способ, способный заткнуть злого отца. Но Аделькар как будто знал, что его ожидает, поэтому матушку предпочел оставить дома. Зато я сама прожила почти сорок лет с таким мужчиной, которого тоже называла отцом, поэтому, как не успокоить, а хотя бы на время остановить ор, знала точно.
— Пап, а я гончую завела, ты ведь выделишь мне денюжку на его содержание?
Главное в это время быть очень милой, послушной, говорить ласково-ласково и смотреть с таким обожанием и верой в мужчину, чтобы тот замирал от ярких эмоций своей маленькой принцессы. А то, что рожа в этот момент вся в крови — дело десятое.
Аделькар замолчал, с головой окунаясь в отцовские чувства нежности и обожания своей кровиночки. Я же схватила моргающего наставника за руки и смылась в открывшийся портал, настроенный на мою комнату, под рев очухавшегося демона.
— Ты… Ты… Ты… — Аглаека поднял руку и как-то отупело на меня посмотрел.
— Сладкий, давай ты потом договоришь, а? Когда с мыслями соберешься. — встав за его спиной, начала подталкивать в сторону выхода. — Мне ещё себя в порядок нужно привести. Ты почему не сказал, что твой отец такой красавчик?!
С этими словами я оставила изумленного демона обдумывать последний вопрос в коридоре. Захлопнув входную дверь, понеслась на всех скоростях в душ, срывая одежду на ходу и откидывая шкурку толоска на туалетный столик. Вечернее плиссированное платье-русалка со спущенными рукавами темно-фиолетового, почти что черного, цвета из сатина подчеркнуло изгибы фигуры. Из украшений надела готический кружевной воротник-колье с сапфиром посередине, плотно обхватывающий шею. Волосы оставила распущенными, расчесав и нанеся на них легкое сияние с помощью специальной блестящей пудры. Черный смоки-айс выделил сиренивые глаза, делая их намного ярче и выразительнее. Открывала портал рядом с эмиром Аделькаром, понимая, что он остыл и пока не будет больше кричать.