Но я привыкла добивать своих оппонентов, поэтому продолжила лекторским тоном вводить присутствующих в гостиной мужчин в пучину отчаяния относительно того, что и у женского пола существует мозг, способный функционировать на одном уровне с мужским. А уж если разозлить умную женщину, то стоит крепче за что-нибудь держаться! Потому что такая дама трахнет не только мозг известными ей фактами, но выстругает из полена фаллос — так сказать, для окончательной точки в разговоре с особо упертыми.
— К тому же, согласно закону номер три тысячи сто сорок восьмому, пункту шесть от правления Темного Повелителя Абакарсидика Адлирихана, я, как Высшая демоница, принадлежащая к главной ветви рода, на которую было совершено покушение, могу самостоятельно решать, какой смертью умрет обидчик, не дожидаясь решения суда. А так как от рук хана мог пострадать эмир со своей истинной, согласно закону шестьсот пятому от правления Абдалхана Адлирихана, где говорится, что в таком случае под истребление попадает весь род нападающего, я поступила более чем гуманно, остановившись. Хотя младший хан был с этим не согласен и этой ночью пришел ко мне закончить дело своего отца.
— Но вы оба живы, и это я видел собственными глазами. — спустя несколько минут тишины пробормотал пораженный Повелитель. Аделькар же теперь смотрел на меня со смесью гордости и опасения, явно не зная, что ещё я способна прятать в такой красивой голове.
— Да. Но в качестве доказательств, если мой Повелитель не верит своей верноподданной, я готова предоставить оружие, которым планировалось совершить убийство, и четверых свидетелей.
— И кто же эти свидетели? — кажется, не поверив, Адалрикус насмешливо приподнял широкую черную бровь.
— Студенты Вонхо Видалес, Жантас и Жайдар Жикъота и Аглаека Адлирихан. А вот то, с чем пришел хан Халим младший. — в моей руке появился ритуальный кинжал рода Халим, имеющий форму рукоятки в виде трёх голов разгневнанной Темнейшей Госпожи и трёхгранную форму клинка.
Как же я рада, что смотрела на Адалрикуса. Буквально любовалась им в это мгновение! Столько неподдельного неверия и какой-то детской обиды, когда один Темный Повелитель получил по рукам за то, что потянулся к моему добру. Он даже так не удивился, услышав, что сын с друзьями являются свидетелями.
— Отдай, а? — самые прекрасные красные глаза посмотрели почти что с мольбой.
— Неа. — прямо на его глазах убрала кинжал в пространственный карман, теперь точно уверенная, что нужно его отдать Малышу на хранение. Если уж Повелитель пожелал его, то представители рода Халим и вовсе наизнанку вывернутся, чтобы вернуть уже мою прелесть. — Повелитель, давайте продолжим обсуждение моих подвигов. Что у нас там? А, ваш доверенный. Ябеда. — буркнула себе под нос, вспоминая высокого демона с каштановыми волосами и ярко зелеными глазами. — Мой Повелитель, я обиделась!
— Н-на меня? — Адалрикус в удивлении распахнул глаза шире, уже не стараясь казаться бесстрастным. Демон то и дело ерзал в кресле, посматривал на своего друга, отслеживая его реакцию на мои слова. А вот Аглаека, полностью расслабившись, с кошачьим любопытством наблюдал за игрой мышат. Зная меня чуть больше, чем никак, наставник понимал, что я в любом случае выверну всё в свою пользу.
— На ректора!
— А этот-то тут при чем?! — окончательно запутался демон.
— Он попытался на меня воздействовать! Хотел услышать мое возбуждение. И я обиделась. — грустно вздохнула и развела руками, как бы говоря: «Ну так получилось, чего уж».
— И что ты сделала? — непонимающе спросил Аделькар, которому явно не понравилось услышанное.
— Включила свой магнетизм, свела демонов с ума и заставила драться, чтобы после выбрать самого сильного. Но не выбрала, ведь они слабаки, раз не смогли противостоять первогодке. — безразлично пожала плечами. И тем же тоном продолжила. — А дуэли как таковой и не было, Бертолф не пожелал драться, хотел откупиться и покинуть защитный купол, испугавшись. Вся столовая может подтвердить, что тот демон отступал от меня и я не нанесла ему ни одного повреждения.
— Из-за чего вообще произошел конфликт? — эмир сидел хмурым и смотрел куда угодно, но только не на меня. И правильно делал, потому что стоило вспомнить, с чего всё началось, как моё лицо исказилось яростью и захотелось стереть ублюдка в пыль!
«РИС!! Ты убьешь их! Успокойся!» — мысленно закричала Исиэль, обнимая меня тонкими руками за шею.