Так вот, хан Атарес является вторым сыном от истинной пары главы рода — эмира Аделькара Адралеха, и считается достаточно трусливым, чтобы убить старшего брата ради места главы, и глупым, чтобы увидеть что-то плохое вокруг себя. Короче, если бы не рога на башке и сила рода, Аделькар мог с уверенностью заявить, что истинная нагуляла никчёмного сынка на стороне. Удивительно, как порой всё же могут сыграть гены. Атарес — сын могучего и сильного воина, достойнейшего соперника для самого Тёмного Повелителя и мудрого правителя земель рода Адралех — морально сломлен постоянными попытками сделать из него второго наследника и настоящего демона, словно инкубаторская эльфийка. И я даже не удивлюсь, если эмиру Аделькару это всё настолько надоело, что он отдал приказ трахнуть сынка напоследок, а после убить. А что? Чем не вариант, где корпорацией, то есть родом, должен править сильнейший? Это ведь как демонёнок мог мозолить глаза отцу своей бесхребетностью? Особенно на фоне старшего брата — хана Авигдора — демона хитрого, но, как ни странно, брата любящего.
— Сынок! Мальчик мой, где же ты?!
О! А вот и матушка припёрлась. Хана Адлера любит своих сыновей каждого по-своему. Авигдора — как сильного демона, который в будущем возглавит род, а Атареса — как сладкую булочку-дочку, которую так и не может заделать со своим истинным. Космос, за что мне подобные родственники? Судя по воспоминаниям, матушка настолько помешана на втором сыне и его безопасности, что жителям замка часто приходится слушать скандалы главной четы рода, когда её булочку в очередной раз приносят с тренировки еле живого.
— Сынок!
В ванну ворвалась прекрасная черноволосая демоница с сиреневыми глазами, в летящем ярко-алом платье, подчёркивающим её фигуру, на вид которой не дашь и тридцати лет. Я, продолжающая лежать на мокром полу и тяжело дышать, после быстрого экскурса в мироустройство Ратхаса, с небольшой опаской наблюдала за её приближением. А ну как сейчас тоже по лбу треснет? Кто их тут знает, дам, обременённых властью?
И только потом заметила двух мужчин, так похожих на то, что я уже видела сегодня в зеркале. Только их лица были словно вырезанными из камня, настолько черты грубые и острые. Когда моя новая мордашка могла похвастаться более мягкими и плавными контурами лица, с которым только на подиуме щеголять. Тот, что был постарше, смотрел с лёгким презрением на меня и злостью на ситуацию в целом. А вот тот, что младше, с жалостью. Совсем как на больного зверька. Вроде и сдохнуть может в любой момент, а самому руки марать убийством неохота, потому что любит.
— Атарес, что произошло?! Мне нужны подробности!
Грубый, чуть хриплый голос эмира Аделькара заставил наседку поторопиться к сыну, быстрее заключая его, то есть уже меня, в объятия. Не будь она такой хрупкой, уверена, посадила бы к себе на колени. А так только прикрыла мой пах новым и сухим полотенцем, помогла сесть на полу, бухнулась рядом и начала с остервенением снимать с меня скальп. Ну, то есть гладить по голове, бормоча не то молитвы местным богам, не то проклятия на головы тех, кто меня заказал. Исиэль я, кстати, нигде не видела и не чувствовала. Молодец девочка, врезала хорошенько и смылась, пока жертва не поднялась с благодарностями пожимать шею.
Глава 4
Чеканя шаг, отец с братом прошли до софы, на которой не так давно сидела последняя Богиня мира Ратхас, и, усевшись напротив нас с матушкой, нахмурились, видимо, предпочтя подождать, пока родственница нанежится и выплеснит материнскую тревогу на маленький цветочек.
— Не переживай, мой мальчик, мама тебя защитит. Хочешь, мамочка вытянет ей через глотку кишки и отправит к родственникам недостойную наложницу, что покушалась на твою жизнь?
Космос, а надежды-то сколько в голосе! Я аж чуть не подавилась. И почему-то кажется, что моё согласие и не требуется вовсе. Не переживай хана Адлера о сыне так сильно, сначала навестила бы ту грудастую куколку, а потом с её кишками, накрученными на шею на манер бус, прошла бы по замку, показывая каждому встречному, что бывает с теми, кто покушается на её детей. И такая картинка перед глазами отчётливая встала, что даже захотелось отползти от женщины подальше. Вдруг она как-то догадается, что её ребёнок не выжил, и на шеи будут красоваться уже мои кишки? А если учесть, кто меня в это тело засунул, эта демоница и на Богиню не побрезгует открыть охоту. Вот же ржавое корыто!
— Атарес, маленький мой, расскажи нам, как всё произошло? Мы тебя защитим и больше никому не дадим в обиду! — ласково увещевала заботливая матушка, пока её глаза горели жаждой расправы. Немного нервно сглотнув от этой семейки, решила рассказать то, что увидела, а то эмир всё сильнее хмурится и поджимает губы.