— Там есть несколько нюансов, — Эрик потарабанил пальцами о подлокотник. — Бурджим должен проводиться между равными по положению людьми, которые знакомы не менее пяти лет, подарок не должен наносить ущерб здоровью участников, и нельзя откупиться деньгами, в общем-то, все. Подкова знает Герер как раз пять лет, поэтому я больше, чем уверен, что он воспользуется правом на Бурджим.
— И что будет, если я ничего не подарю взамен? — поинтересовалась я, уже зная, что ничего хорошего не будет.
— Тогда даритель сам называет, что он хочет получить от тебя, и может беспрепятственно это взять, закон и люди будут на его стороне.
— Так, и чем это мне грозит? — так и не поняла я. — Пит сможет отжать наркоту бесплатно?
Командир посмотрел на Сорина.
— Думаю, его цель — гуар.
Мы с котом переглянулись.
— А я тебе говорил, — Сорин нервно заходил по комнате. — Этот жирдяй давно на меня глаз положил.
— Нахрена ему гуар? — я вопросительно посмотрела на Эрика.
— Точно не знаю, но догадываюсь. Пит коллекционирует уникальные вещи. Сорин — единственный гуар на весь наш мир. Гуаров крайне сложно поймать, на черных рынках их продают крайне редко, думаю, он просто одержим идеей пополнить свою коллекцию. Страсть у него такая, понимаешь?
— И что нам делать? — забеспокоилась я. — Почему Марта ничего об этом не сказала, да и Мэйсон не предупредил?
— Потому что Кайл не пошел бы на конфликт с Питом из-за Лаки? — предположил Командир. — Потому что Марта не знает об этом обычае?
— Я не отдам им Сорина!
— Конечно, ты не отдашь, — усмехнулся Эрик. — Ты отдашь им вот это.
И Ван достал из кармана круглый хрустальный сосуд, напоминающий по размеру и форме гриацкий орех. Внутри что-то сверкало и переливалось золотыми всполохами.
— Что это? — я осторожно взяла из его руки странный предмет.
— Открой, работает как коробочка для кольца, там две створки.
Подцепив ногтем небольшую выемку, я потянула крышку на себя. Любопытный Сорин тоже просунул морду мне под руку, чтобы посмотреть, что там внутри. В хрустальном углублении лежало, посверкивая, золотое семечко.
— Вселенная, это то, что я думаю? — выдохнул гуар.
— А что ты думаешь? — я перевела взгляд на кота.
— Это выглядит, как семя молодильного дерева! — гуар пораженно посмотрел на Вана.
— Кто ты такой, Сорин? Разбираешься в ботанике других миров? Не слишком ли сложно для простого гуара из Эрзара? — Эрик сверлил взглядом моего пушистого друга.
— Что за молодильное дерево, Эрик? — потребовала я объяснений, пока не началась очередная перепалка.
— Редкое растение из другого мира, каждый плод которого омолаживает организм на год. Сумел вырастить и собрать урожай из двадцати штук, помолодел на двадцать лет внешне и внутренне, — не отрывая взгляда от кота, пояснил Ван.
— Ух ты, да оно бесценно! — я совсем по-другому взглянула на золотое семечко.
— Настоящее молодильное дерево — да, а вот это семечко — очень качественная подделка, — улыбнулся Эрик.
— В смысле, подделка? — хором спросили мы с гуаром.
— К сожалению, семян молодильного дерева практически не осталось, в нашем мире тем более, — Командир откинулся на спинку стула. — Наша задача — не дать Питу отобрать Сорина. Выяснить, что семя ненастоящее он сможет не раньше, чем через тридцать дней. Даже самый одаренный садовник не вырастит его раньше.
— Так-то да, — кивнула я, признавая коварность плана и пряча хрустальный орех в карман. — Надо завтра унести от него ноги в полном составе, а там хоть трава не расти.
— Он может заподозрить, что семя поддельное, — скептически хмыкнул Сорин, — потребовать клятв…
— Бурджим не предполагает клятв, все оформляется по старинке нотариально, на бумаге, и в случае, если дар впоследствии оказывается бракованным, можно потребовать компенсации в любой стране.
— А скажи-ка мне, Эрик, большой начальник разведки Альдерана, — нехорошо мурлыкнул кот, — почему ты рассказываешь о Бурджиме сейчас, в этой дыре, вместо того, чтобы подготовить Софи заранее?
Меня, кстати, тоже интересовал этот вопрос. В ОБ, когда я изучала досье на Подкову Пита, о таких традициях Антарии там не было сказано ни слова.
— Потому что, к сожалению, я не могу знать всего. Об этой традиции я сам первый раз услышал только несколько часов назад, и то, благодаря Мэйсону. Это древний обычай, и сейчас к нему практически не прибегают. Но, услышав его комментарии, я решил перепроверить информацию на различные хитрые лазейки. И, вот оно, Бурджим.
— Старый пень, сам того не зная, очень выручил нас, — пробормотала я. — Ладно, пора закругляться, хочется еще по городу погулять.