Взгляд совсем затуманился, стоило ему наклониться и слегка прикусить уже потвердевший сосок. Мне стало уже совершенно все равно, что мы – в офисе, в его кабинете, что, возможно, не все еще ушли из конторы, а кто-то, может быть, еще и возвратится за чем-нибудь, что все это неправильно, и не к месту, и вообще, - уходящий год нужно провожать совсем не так.
- Игорь, - снова застонала я, выгибаясь ему навстречу, когда обе руки легли мне на грудь, поигрывая сосками, а поцелуи заскользили ниже, дразня языком пупок. Все. Мир и здравый смысл окончательно перестали существовать, стоило его губам скользнуть под кружевные трусики. Перед глазами засветилась последняя вспышка, - а дальше я просто погрузилась в одно сплошное наслаждение, подрагивая под его руками и поцелуями.
3
* * *
За десять дней до этого.
- Анжелика, ну, что там у вас с Игорем? – подруга и наша сотрудница, Оля, попивая со мной в подсобке кофе, хитро прищурила глаза.
- Да нет у нас ничего, - отмахнулась я, с шумом втягивая уже остывший напиток. Самой было обидно.
- Ой, да ладно, - она заговорчески улыбнулась с вытащила из сумки огромную шоколадку с орехами. Мою любимую. Явно подкупить хочет. – Колись.
- Оль, да я и колюсь уже и раскалываясь и раскаляюсь, - я тяжело вздохнула, отламывая большой кусок от лакомства. – Ничего. Вообще ничего у нас с Игорем Валерьевичем нет! Совсем. Так что на шоколадку ты разорилась напрасно, - ни задушевного разговора, ни выяснения подробностей ты за нее не получишь. А шоколадку я все равно слопаю. Ты и так уже потратилась, а мне нужно лечить душевные раны.
- Да, ну, перестань отмазываться! – Оля щедро придвинула свой шоколадный подкуп к моей чашке, демонстрируя, что ей ничуть ее не жалко. – Да весь офис знает, что у вас роман! Думаешь, мы все слепые? Не видим, как шеф на тебя смотрит? Как ручку подает, пальтишко помогает снять. Да у него даже голос меняется, когда ты появляешься рядом! А какие интонации в нем появляются, когда он с тобой разговаривает! Вот прям явно слышно, что разговор вроде и по работе, - но рабочего ничего в нем нет, ни на каплю! Прямо одно сплошное воркование!
- Ага! – я снова забиваю рот шоколадом. Хорошо, что все знают о нашем романе. Кроме самого Игоря Валерьевича. Я сама тоже думала, что мои чувства к Игорю взаимны. Знаки внимания все эти отслеживала. Радовалась, как дурочка, улыбаясь перед тем, как заснуть, вспоминая, как она мне днем улыбнулся, как слишком долго задержал мою руку в своей, помогая выйти из машины. И улыбался он мне как-то по-особенному. И смотрел так… Что самой хотелось потянуться за поцелуем. Да, - Оля говорит совершеннейшую правду. Было. Все было. И взгляды, и улыбки, и голос, который при разговоре со мной становился таким, как будто меня этим голосом ласкают и по душе и по коже одновременно. И я купилась, - каждый день ожидая, что этому всему вот уже сегодня будет какое-то логичное продолжение. Но продолжения не было. Ласки и взгляды оставались, и больше ничего.
Чего я только не делала! Бронировала билеты на вечерние выставки, убеждая босса, что нам будет полезно общаться с представителями бизнеса, бывающими там постоянно, в неформальной обстановке, - естественно, рассчитывая на то, что выставка перерастет в полноценное свидание. Задерживалась на работе допоздна, - Игорь часто вообще до двенадцати ночи сидел за работой. Брала на себя дополнительные проекты, чтобы полуночничать вместе.
Мы оставались вдвоем в огромном здании. Пили бесчисленные чашки кофе, чтобы не заснуть, курили, он бегал за пирожными и заказывал нам ужины в контору, говорил со мной все тем же многообещающим ласкающим голосом, и даже не только а работе, - постепенно мы начали делиться какими-то забавными историями из наших жизней, узнавать друг друга поближе, дошло до прощальных поцелуев в щечку, которые шеф сопровождал очень интимным и не менее многообещающим поглаживанием по спине, - но дальше так дело и не пошло.
По вечерам я даже предлагала сделать ему массаж, - правда, он всегда отказывался. Во время ночных перекуров наши лица оказывались так близко, что я даже успевала прикрыть глаза для поцелуя, - а что бы вы подумали, когда мужчина и женщина, явно оказывающие друг другу знаки внимания, оставшись наедине, вдруг замирают и почти прикасаются губами, - а его взгляд при этом такой… Ну, явно не такой, каким смотрят начальники на работников. И, - ничего. Вот совершенно ничего!