- А разве то, что мужчина не напорист, а романтичен, что почву для отношений готовит, - такая уж большая печаль? Ну, и где ты горе-то увидела, красавица?
- Почву готовят неделю, - бурчу я, опуская глаза. – А некоторые, так вообще не готовят. Сразу о намерениях заявляют. А тут… Ничего не понять. Вроде эти намерения и есть, а, вроде бы, и нет. А я просто зависла где-то между небом и землей.
- Эх, молодежь! – усмехается бабка. – Все бы вам спешить! Всего и сразу хотите!
- Да! – заявляю я. – Хочу! Или так, или – никак!
- Ладно, - покачав головой, бабка прошаркала в кладовку. – Вот тебе, девица, зелье. Девять деньков подливать по мерке будешь ему в чашку.
- И что? – принюхиваясь к мутному напитку, понимаю, что вроде бы им не отравлю своего неопределенного босса. – Приворожу?
- Нет, - улыбнувшись, качает головой бабушка. – Приворот, - дело дурное, неблагодарное и недолговечное. А мое зелье совсем другого рода. Если у него к тебе чувства настоящие, травки их проявление ускорят. Ну, а если нет, то на десятый день совсем к тебе охладеет. Даже думать забудет и замечать перестанет.
- А я?
- Ну, а что - ты, милая? Ты же сама хотела определиться, - к нему тебе тянуться, или, наоборот, от него. Вот и поймешь, настоящее ли у вас это или нет.
- Может, мне и самой травки вашей попить? В своих чувствах разобраться? Может, они тоже недолговечные, а?
- Ой, не смеши меня, девонька, - рассмеялась старушка задорным молодым смехом. – Да по тебе ж все и так, без всяких травок видно! Любишь ты его, тут и ворожить не нужно! Да и разве бы пришла иначе?
Нет, - понимаю я. Иначе, скорее всего, не пришла бы. Но только… Только если травки не помогут, и на десятый день все останется по-прежнему, - уйду! Вот сто процентов, больше я ждать не стану!
- Спасибо, бабушка, - спрятав флакон в сумку, я потихоньку бреду к дому. И, хоть и не до конца я верю во всю эту ворожбу, а ведь всю дорогу только и делаю, что прикидываю, как бы незаметно подливать зелье боссу. Н-да. Утопающие, они завсегда за соломинки хватаются.
* * *
В общем и целом, труда мне большого подливать все эти дни Игорю в чашку травку не составило. Только кто ж думал, что все вот так вот выйдет? И вот тебе результат. Лежу теперь, придавленная его телом на офисном диване и даже не понимаю, тот ли это человек, с которым мы полгода вели романтические беседы и играли в гляделки, или в него вселилась какая-то чужая сущность? Вот тебе и ворожба…
* * *
- Ты едешь со мной, - вдруг отстранившись, не спросил, а поставил перед фактом Игорь.
- К-куда? – я не могу прийти в себя после того, как уже погрузилась в сумасшедший калейдоскоп сладостных ощущений. Все тело дрожит и буквально извивается от неудовлетворенности и возбуждения, а он вдруг решил поговорить? Неееет!
- Какая разница? – усмехнулся мой подмененный босс, скользнув губами от моей шеи до груди.
- Никуда я не еду! – возмутилась я, пытаясь унять дрожь во всем теле.
- Едешь, - безапелляционно заявил он, снова сжав мои ягодицы и прижав мои бедра к своим.
- В таком виде? – кажется, наши романтические непонятки перешли в сексуальные. Оба ведь сгораем от желания, но вместо того, чтобы заняться любовью, препираемся. А любовной игры так и не прекращаем при этом. Я подымаю разорванную по шву юбку и взмахиваю ею перед его глазами.
- Угу, - довольно улыбнулся он, втягивая губами мой сосок. – Это я специально. Чтобы ты от меня не убежала.
Подняв меня на руки и аккуратно поставив на пол ногами, Игорь набросил на меня свою длинную дубленку, - ну, как раз, до самых колен.
- В таком виде ты можешь отправиться только со мной, - прошептал он мне на ухо, застегивая пуговицы на дубленке. – Хотя… - он притянул меня за талию и поцеловал с таким жаром, которого я от него совсем не ожидала, да и вообще, никогда в жизни у меня такого поцелуя не было! Все тело будто зазвенело и выгнулось на встречу мужчине. – Если ты не хочешь, у тебя есть шанс отказаться. Единственный. Только сейчас.
- Это зависит от того, чем мы будем заниматься, - задыхаясь, шепчу я в раскрытые губы, обжигающие меня своим дыханием.
- Думаю, я уже успел на это тонко намекнуть, - его рука скользнула под дубленку, опаляя жаром бедро. Ворвавшись между ног, ладонь прижалась к чувствительному и отчаянно пульсирующему месту, скомкав кружевные трусики. – Разговаривать точно не будем, - он провел языком по моим губам, снова заставляя все тело задрожать.
- Едем, - так и не дождавшись ответа, он сгреб меня в охапку и потащил из кабинета в холл.