- Конец года, Котова! Какие три часа?! – продолжал негодовать он. – Куда ты собралась вообще?
- У моей сестры утренник в детском саду, я вам говорила об этом. – Напомнила ему я.
- А ты, какое отношение к этому имеешь?! – не понял он. – Насколько мне известно, к детям родители ходят на утренник, а не братья и сёстры. Так что нет, Котова, иди, работай! – дал он мне свой ответ.
- Кирилл Леонидович, мне нужно там быть. – Настаивала на своём я. – Дело в том, что родители Даши, наши родители. – Попыталась я сказать правду, чувствуя, как ком подкатывает к горлу, а на глаза наворачиваются слёзы.
Уже столько времени прошло с момента их гибели, а я до сих пор не могу вспоминать о них без слёз.
- Они не могут быть на утреннике. – Объяснила я, сказать правду у меня не получилось.
Не хватало ещё разреветься перед Громовым.
- А это уже не мои проблемы! – был, не прошибаемым босс.
- Господи, Кирилл Леонидович, что ж вы за человек-то такой?! – не выдержала я. – У вас вообще сердце есть? Дашка маленькая пятилетняя девочка, она ждёт меня. Понимаете, у всех кто-то будет и только она будет одна.
- Свободна, я сказал! – он взял папку с документами и пододвинул к себе, всем видом давая понять, что не собирается больше продолжать эту тему.
Тогда я взяла новый листок бумаги и продублировала заявление, а затем снова протянула его Громову. Но и его он снова смял и бросил в урну.
- Не трать бумагу, Котова, остальные твои заявления ждёт та же учесть. – Скрестив руки на груди, сказал он.
- А это мы ещё посмотрим! – решительно заявила я и вышла из кабинета.
***
Мне было больно до слёз от такого отношения босса ко мне. И я их с трудом сдерживала, чтобы не разреветься при нём. Но и пропускать утренник Даши я не собиралась. Я знала, как для неё важно моё присутствие там, знала, как она меня ждёт, как готовится к этому утреннику. Да она мне каждый вечер с таким воодушевлением обо всём этом рассказывает, что я просто не имею право её предать. Да и нет у нас никого кроме друг друга.
Я понимала, что Громов будет в бешенстве от моего решения, но всё равно решила рискнуть. Я написала новое заявление на административный отпуск на пресловутые три часа, зарегистрировала его в программе, а затем положила в общую папку с документами на подпись. Я знала, что имею полное право на этот маленький отпуск, потому что не пользовалась этим благом ни разу, как только устроилась сюда работать. Да что там, я даже в отпуске обычном ни разу не была.
- А что если он уволит тебя? – с опаской спросила Наташа, когда я вечером рассказала ей обо всём.
- А причина? Что я ушла самовольно? Так я написала заявление. – Ответила я. – А вообще я устала, уволит, значит уволит. – Махнула рукой я.
- Да уж, ситуация у тебя не из лучших. – Вздохнула подруга. – Но будем надеяться, что твой босс всё же не изо льда сделан и сможет понять тебя.
- Вряд ли. – Вздохнула я. – Он и раньше-то не понимал меня. А после нашей с ним ночи, так вообще как с цепи сорвался. Орёт на меня постоянно, по его мнению, я всё делаю не так, даже если всё так.
- Слушай, а может, ты ему нравишься? – предположила подруга.
- Ага, и поэтому он так со мной обращается. – Усмехнулась я.
- Ну, может сам себе боится в этом признаться, вот и срывается на тебе. – Вновь предположила подруга.
- Знаешь, я год назад желание загадала, чтобы Громов на меня внимание обратил. – Усмехнулась. – Вот он и обратил, что я уже от его желания не знаю куда деваться.
- Ну, в этом году уточнишь своё желание, каким образом ты хочешь, чтобы он обратил на тебя внимание. – Посоветовала мне Наташа.
- Да не надо мне его внимания. – Вздохнула я.
- Но ты же его любишь? – не поняла подруга.
- Да какое это имеет значение? Где он и где я? Мы из разных миров, с разными ценностями. Для меня важна семья, любовь, дети. А для него бизнес и деньги. Громов никогда не посмотрит на такую как я. – разложила я всё по полочкам своей подруге, а заодно и в своей голове. – Видимо всё это должно было произойти, чтобы я сняла розовые очки.
- Да уж, не позавидуешь тебе. – Пришла к выводу она. – Очки-то ты сняла, а любить всё равно не перестала.