Мимо блестящей, как чёрное зеркало, и глубокой на вид лужи женщина вела собаку в красно-жёлтом комбинезоне. В свете фонаря, напоминавшего полную луну, комбинезон отражался в воде ярким пятном.
«Вот, гуляют, — уныло подумал Фёдор, — а машина сзади ка-ак сейчас обольёт грязью. Хотя... А что, если скорость чуть уменьшить и направление изменить? Даже позорного третьего хватит».
Он щёлкнул пальцами. Летевший вперёд седан вдруг замедлился и, негромко шурша колёсами, осторожно проехал по водной глади. Грязная вода лишь слегка окатила тротуар. Сухой и чистый пёс покрутил носом, оглянулся на Фёдора и благодарно махнул ему хвостом. Будь у Фёдора десятый уровень, он остановил бы машину, водитель мог не справиться с управлением, вылететь на встречку, а то и вовсе перевернуться... Ничего хорошего, а тут все довольны. Настроение немного улучшилось.
Фёдор зашагал быстрее. Чтобы попасть домой, пришлось тащиться к подъезду: о мгновенной телепортации волшебник с уровнем ниже седьмого мог даже не вспоминать. Хорошо ещё ключи всё время валялись в кармане куртки. Он шагнул в сверкающую кабину лифта и несколько секунд искал кнопку своего этажа, потом долго возился с замком. Попав наконец в квартиру, кинул одежду прямо на пол, с трудом дотащился до кровати и мгновенно провалился в тяжёлый, беспокойный сон. Ему снился Фёдор Михайлович Достоевский, гений грозил пальцем и повторял: «Тварь ты дрожащая!»
***
Ночью ударил мороз, в одночасье превратив вчерашние лужи в скользкую сверкающую наледь. В незашторенное окно изо всей силы ударило холодное зимнее солнце. Фёдор проснулся, с трудом разлепил глаза и часто заморгал от яркого света. Вспомнил третий уровень, курсовую, университет, Полетаева с Лейбель, зарылся с головой в одеяло и пролежал так ещё какое-то время, безуспешно пытаясь спрятаться от наглых лучей, приближающегося Нового года и экзаменов. «Не пойду никуда, — думал он, — незачем. Курсовую не сдам, до экзамена по прикладной магии не допустят, сессия псу под хвост, с факультета отчислят. Ну и ладно, переведусь на другой. Буду, ну, например, программером, эти всем нужны, и платят хорошо». Он высунулся из-под одеяла и посмотрел в потолок. «Ага, разработчиком, как отец, маг двенадцатого уровня». Фёдор нырнул обратно и для верности придавил голову подушкой. Стало жарко и душно, он отшвырнул подушку в дальний угол. «Разработчиком не вариант, лучше буду дизайнером, всё время им помогаю, вот туда и переведусь. Ага, буду как мама, а у неё уровень даже выше, чем у отца». Фёдор совсем загрустил, вернул подушку на место, устроился поудобнее и раскрыл наугад дежуривший на тумбочке томик Достоевского, «Униженные и оскорблённые». Однако просто так валяться и читать он не смог: захотелось есть, пить и... Пришлось вставать, чистить зубы, умываться. Бриться Фёдор не стал. Он наспех оделся и, накинув куртку, поплёлся в ближайшую «Пятёрочку» за апельсиновым соком и ватрушками.
Не глядя грохнул входной дверью, повернул в замке ключ и только потом заметил, что не один на лестничной площадке. На него во все заплаканные глаза смотрела соседская девочка Даша. В час, когда грустный Фёдор только собирался раздобыть завтрак, она уже возвращалась из школы.
— Здравствуйте, — прошептала Даша и всхлипнула.
— Привет! — Фёдор нахмурился, соображая, не его ли появление напугало девочку. В бытность магом десятого уровня лифтом и лестницей он пользовался нечасто и с соседями почти не общался, некогда было. Сейчас он был изрядно помят и небрит. Может, Даша приняла его за грабителя?
— Что случилось? — скорее из вежливости уточнил он. Мол, не бойся, я не разбойник.
— Ключ в замке застрял, мне домой не попасть, — девочка опять всхлипнула.
Так вот в чём дело! Да, проблема. Если не помочь, ей придётся до возвращения родителей с работы стоять на лестнице и караулить ключ в замке. Фёдор решительно шагнул вперёд. Задачка в самый раз для мага третьего уровня. Чего проще — слегка уменьшить силу трения. Он щёлкнул пальцами, осторожно вытащил ключ, а потом отпер дверь.
— Вот и все дела, — Фёдор распахнул перед девочкой дверь, — иди домой, а если что — зови меня. И не реви, — он строго поднял указательный палец, — это вредно. Говорят, от слёз раньше времени появляются морщины.
Девочка улыбнулась. Слёзы мгновенно высохли безо всякого колдовства, и Фёдор с радостью заметил блестящие зелёные глаза, засыпанный веснушками, совсем как у него, нос и рыжую косу, точащую из-под шапки с пушистым розовым помпоном. Как тут не улыбнуться в ответ? Настроение улучшилось.