Даже не взглянув на неподвижное тело Кастиэльерры, полностью проигнорировав полные боли и непонимания взгляд мужа, сына и брата, недоверчивые и полные ужаса взгляды остальных, она задумчиво протянула:
- Так вот он каков, тот самый пресловутый побочный эффект…
По залу пронесся едва уловимый шепот, выражающий шок, недоумение, неверие – все то, что испытали все присутствующие. Все говорило о том, что Ниэль, которую все так хорошо знали, только что… собственноручно… отравила Кастиэль?
Да как это вообще может быть?!
- Ниэль.
Этот холодный, жесткий голос, не предвещающий ничего хорошего, сегодня уже слышали многие. Но вот только намного раньше, в саду, и принадлежал он наследнику Сайтаншесса. Теперь же тот страшный, спокойный, но леденящий душу тон казался практически нежным на фоне того, как одно-единственное слово произнес Шайтанар.
Но Ниэль не вздрогнула, как большинство присутствующих. Не отреагировав и на сгущающуюся вокруг магию, рваные клоки Тьмы, что начинали клубиться у ее ног, эльфийка обвела медленным и даже чуточку насмешливым взглядом серьезных и сосредоточенных гостей, равнодушно посмотрела на мужа и, остановив взор на своем сыне, вопросительно вскинула брови. Краешек ее губ дрогнул в едва заметной улыбке и…
Ариатар первым понял, что было в этом происшествии что-то не так. Ему казалось, что все было не тем, чем казалось на первый взгляд. Его мать не могла отравить Касти, меньше всего в жизни она хотела бы смерти собственной дочери, да и… Стоп!
- Касти! – сообразив, наконец, в чем был тот самый подвох, который не давал ему покоя все последние минуты, Ари метнулся вперед и, опустившись на одно колено, приложил пальцы к шее сестры. И спустя долгий, томительный миг ожидания, он повернулся к отцу, не в силах сдержать возглас удивления и недоверия пополам с радостью. - Она жива.
Не поверив сыну с первого раза, Шайтанар быстро приложил и свою руку… Вскинув брови, он мельком взглянул на Ариатара и, прижавшись ухом к груди дочери, мгновенно убедился в его правоте. Ему не было нужды даже слушать ее сердцебиение – грудь девушки под его щекой поднималась. Не слишком заметно со стороны, медленно, почти неохотно, с заметным трудом, но все же.
Касти действительно была жива.
Да и как иначе? Они ведь близнецы. Умри Кастиэльерра на самом деле, не смог бы выжить и Ариатар.
Странно, что все присутствующие об этом далеко не сразу вспомнили.
Ниэль едва удержалась от того, чтобы не фыркнуть и, скинув ноги на пол, подперев ладонями щеки и выставив локти на стол, осталась наблюдать за тем, как ее муж осторожно пытается привести Кастиэль в чувство. Остальные же просто наблюдали со стороны, не опускаясь до споров, советов и лишней суеты.
Ну хоть до этого додумались!
А то это ж надо, подумать, что она способна отравить собственную дочь!
Нет, ну ладно некоторые из присутствующих, но Шай-то куда? Слишком твердый снежок ему в голову прилетел, что ли…
- Жива, - огромное облегчение послышалось в голосе правителя эрханов, когда его дочь наконец-то, не сразу, но все же открыла глаза. - Слава Хаосу, Касти… Я испугался за тебя.
- Прости пап, - хрипло отозвалась эльфийка, даже не пытаясь подняться с колен отца, на которых полулежала. Что неудивительно – ее состояние сейчас явно оставляло желать лучшего. - Я не хотела. Но… что это было?
- Я бы тоже хотел это знать, - хмуро произнес Шайтанар, снова переводя взгляд на свою супругу… которая задолжала ему немало объяснений. Впрочем Селениэль, кажется, останавливаться на достигнутом явно не собиралась.
Не обращая внимания на десятки впившихся в нее взглядов, враждебных, злобных, да и просто любопытных, она едва заметно усмехнулась и, подняв руку, щелкнула пальцами.
Повинуясь ее воле, за спиной эльфийки распахнулись огромные витражные окна. В столовую мгновенно ворвался прохладный ветер, бросив в тех, кто находился поблизости, пригоршни свежевыпавшего снега. Самой виновнице буйства стихии снежинок не досталось из-за высокой спинки стула, а вот на тех, кто был рядом…
Когда все устремили взгляды на Ниэль, встал и Ариатар, тем самым открыв взгляду матери свою сестру. И это движение стало его ошибкой: в тот миг, когда зимняя стужа ворвалась в столовую, Касти осталась без прикрытия, а быстро среагировать никто из ее близких просто не успел.