Звон разбившегося где-то наверху стекла нарушил воцарившуюся в нижнем саду атмосферу легкой новогодней романтики. Селениэль, прекрасно расслышавшая этот звук, прильнула к окну, пытаясь рассмотреть, откуда он донесся, и любимой левой пяткой предчувствуя грядущие неприятности.
Где-то там наверху, коли память ее не обманывала, находились покои ее приемного сына…в которых, естественно, всегда ночевал кто-то еще. А если точнее – то кое-кто еще!
Повелительница возвела глаза к небу, когда прямо в центр сада рухнул, а затем перекатился клубком и встал на мягкие, но сильные лапы крупный снежный барс, недовольно тряхнув головой и обиженно мяукнув.
И почему Хранители не послали ей и вторую такую же, мягкую и милую невестку?
Впрочем, тут не богам нужно было молиться, а распекать на все лады одного не в меру любопытного, но невероятно ленивого нелюдя, «хрен знает какого года выпуска», как выражается Корана. С воспитанием этой неугомонной блондинки он явно где-то промахнулся.
Вновь опираясь на подоконник, Селениэль вздохнула.
Ирбис, тенью крадущийся по свежевыпавшему снегу, смотрелся в саду прекрасно, на удивление гармонично вписываясь в общий пейзаж. Но вот приземлившаяся с высоты на небольшую площадку возле фонтана растрепанная блондинка, перекатившаяся через голову, гася скорость… Это другое дело. Зло оглядывающаяся по сторонам, сжимавшая в руках раскрытые боевые веера, одетая в белоснежную, явно мужскую рубашку и порядком помятые бриджи, босая, и с явным желанием убивать, написанным крупными рунами на миловидном лице, невысокая девушка явно была лишним «шедевром архитектуры» на представленных заснеженных квадратных метрах, предназначенных для неспешных прогулок.
- Стоять, упырев кошак!!! – заметив-таки снежного барса, который пытался прикинуться новенькой статуей, прячась за одной из лавочек, Аста резко вскочила и бросилась в его сторону, не обращая внимания на удивленные взгляды Саминэ и Ариатара. Впрочем, не посмотрела она и на собственного племянника, который, внимательно оглядев внешность и одежду блондинки, закатил глаза и громко хлопнул себя по лбу.
Изобразить такой же жест испытывала непреодолимое желание и Повелительница эрханов, когда заметила-таки блеснувшие глубоким сапфирово-синим цветом драгоценные камни на парных серебряных браслетах, что невесть как оказались на запястьях Асты. Не слишком широкие, с мягкими, закругленными линиями серебра, и с тремя круглыми сапфирами на каждом – не узнать на руках брачные браслеты младшего принца Сайтаншесса было просто невозможно.
- Идиот, - резюмировала Селениэль, хлопнув-таки себя по лбу.
Танорион все-таки исполнил свой замысел: решив, что согласие блондинки вчера, после слов Шайтанара на балу, означает, что одна из приемных дочерей Хаоса теперь находится целиком и полностью в его безраздельной собственности, дроу ночью напялил на нее обручальные браслеты.
Представшая сейчас перед всеми картина гоняющейся по саду босоногой блондинки по заснеженному саду за улепетывающим от нее пьяными зигзагами ирбисом, яснее ясного давала понять, что ни упыря-то Аста не была согласна на такой поворот событий.
И врезающиеся в каменные статуи и замковые стены заклинания, как и свист стали, являлись очередным тому подтверждением.
Не прекращая вдохновенно и витиевато ругаться, Аста пошла уже на пятый заход, когда снежный барс зачем-то выпрыгнул на центральную аллею и крупными скачками понесся в сторону фонтана, едва касаясь лапами брусчатки. Аста, увернувшись от когтей черного дракона, который сначала смотрел на нее, как на что-то интересное, скачущее как клубок у его ног, а потом и вовсе решил поиграться (за что получил по носу и обиженно запыхтел), метнулась следом, на ходу перепрыгивая через препятствия в виде многочисленных лавочек.
Завидев приближение странной парочки, Ариатар мягко ушел с траектории забега аронта, увлекая за собой Саминэ, чтобы ее не снесла злая до невероятности и взбешенная до крайности блондинка. Рагдэн же…
Дождавшись, когда Аста окажется в пределах досягаемости, парень шагнул вперед и, на бегу поймав пылающую праведным гневом блондинку, уцепил ее рукой за шиворот и, фыркнув, с легкостью приподнял над землей.
Аста не сразу сообразила, что что-то пошло не так. Побултыхав ногами в воздухе, она поняла, что опоры под ними нет, и возмущенно замахала руками с зажатыми в них веерами. Никакой пользы ей и это действие, конечно же, не принесло.
И только тогда, повиснув, она сдула с лица упавшие пряди волос и, разглядев-таки, кто ей мешает совершить такую желанную месть, откровенно возмутилась: