5 глава. Восемь лет назад. Алевтина
Третий год я продолжала работать, как проклятая. Боялась, что не хватит денег, и отберут квартиру. Боялась, что останусь на улице и стану бомжом. Боялась, что снова придут коллекторы и сделают что-то плохое мне или моему имуществу.
Но, как я не трепыхалась, денег не хватало. После обслуживания кредита на жизнь оставались сущие гроши. Копить не выходило, а, однажды заболев, чуть не сошла с ума, когда денежный ручеек прекратился...
Я зарабатывала, только находясь в строю. И не могла позволить себе остановиться. Как и не могла жить в таком ритме дальше - на износ.
На исходе второго года после ухода мужа я чувствовала разбитость и опустошенность, впахивая почти без выходных и совсем без отпуска. Людок замечала все гораздо раньше, неоднократно устраивая мне головомойку, но ничего не менялось. Кроме того, что я стала не просто искать возможности заработка, а постоянно думать о том, как переломить ситуацию. Выход, в моем понимании, был один: найти много денег. Но где???
Лотерея и еще одна работа отметались, я и так трудилась, не покладая рук. Но на периферии платили мало. И я подумала: а почему бы не сменить локацию?
Прожив всю жизнь в провинции, я никогда не представляла, что можно быть где-то вне ее. И очень удивилась, однажды поняв, что никто и ничто меня не держит. Я – свободный человек, и могу находиться где угодно. Делать что угодно. Жить так, как угодно лишь мне. На меня словно снизошло озарение, и я решилась: создала и стала активно рассылать резюме на сайты по поиску работы, указав, что готова к смене места жительства и командировкам.
Разрешив себе принять новые возможности, я словно открыла второе дыхание. На подъеме энтузиазма все стало видеться иначе. В конце туннеля моего настоящего забрезжил свет надежды на хорошее будущее, ради которого я была готова на многое…
Мое резюме, на составление которого я потратила немало времени и сил, стали рассматривать иногородние работодатели. Я рассылала его во все компании с приемлемыми условиями и заработком. А, когда пришло первое предложение о собеседовании, была вне себя от счастья. Но эйфория продлилась недолго, потому как, узнав о месте пребывания, мне отказали. Решив, что попытка – не пытка, я продолжала стучать в закрытые двери, совсем забросив дело, которое действительно мне нравилось, - рисование.
С детства я мечтала стать художницей, рисуя всегда, всем и на всем. В детдоме рисовала зеленой листвой на асфальте, ложкой на манной каше, пальцем на стене. Позже пачками изводила мелки, карандаши и альбомы.
Изображение было моей страстью. Будучи самоучкой, я создавала картинки в любых техниках и стилях. И, несмотря ни на что, воплотила мечту в реальность, окончив колледж культуры. Вот только работу по специальности найти было непросто, и пришлось соглашаться на свободные вакансии, чтобы себя прокормить. За пару лет я успела побывать билетером в кинотеатре, продавцом и почтальоном. Не ощущая морального и материального удовлетворения от работы, искала новую, пока не устроилась официанткой. Там я стала зарабатывать больше, а посменная работа оставляла время на творчество.
Людок, однажды охватив взглядом накопленную галерею работ, уверенно заявила, что мне нужно выставляться. Я рассмеялась ей в лицо:
- Как ты себе это представляешь?
- Да очень просто! На Весенней!
Тогда я впервые задумалась об этом, а уже через неделю Людмила с одним из многочисленных ухажеров перевозили мои картины на его транспорте в местный филиал Монмартра.
В нашем городке стрит-арт был представлен на Весенней улице, где тусовалось сообщество творческих людей, выставляющих свои работы. Платить за место было не нужно. Более того, городские власти установили специальные конструкции, на которые можно было крепить картины, устроив галерею под открытым небом. Неудивительно, что Весенняя была местом, где любой желающий мог полюбоваться искусством и даже приобрести понравившуюся вещь.
Приехав, мы развесили полотна и стали ждать. На удивление, другим обитателям улицы до нас не было никакого дела, но без группы поддержки я оставаться не хотела. Так и стояли мы, как три богатыря, в ожидании чуда. А чудом для меня была реакция прохожих, которые подходили и задерживались, рассматривая то, что я нарисовала. Некоторые даже просили разрешения сфотографировать, а одна женщина, спросила, сколько стоят «маки». Я не нашлась, что ответить, но тут подсуетилась Людок, назвав цифру. У меня округлились глаза, а она, пожав плечами, подмигнула. Как потом оказалось, подруга успела обойти соседей и сориентироваться в ценах. «Маки» в тот день были проданы.