В дни траура по дедушке я по невидимой причине часто задавался вопросом: почему в той точке времени и пространства, где очутился, я не мог исполнить его волю - просто быть счастливым?
Едва мне исполнилось восемнадцать, я уехал учиться в далекую Россию, а, вернувшись, грезил о собственном деле. Но отец даже слышать ничего не хотел. Я должен был продолжить семейный бизнес, и это не обсуждалось. Как и не обсуждала ма необходимость и своевременность моей женитьбы. Впитав два менталитета, один – с молоком матери, второй – становясь на крыло, я трудно переносил ограничения личной свободы. Но, будучи хорошим сыном, покорялся воле родных. И только дед зрил в корень, прекрасно понимая, какие демоны пляшут у меня в душе…
Я был женат уже десять лет, из которых более-менее спокойными были первые три. Но именно тогда незаметно и неотвратимо стали стираться традиции нашего дома, унося ощущение семьи. И я, находясь среди близких людей, все больше чувствовал себя одиноким...
У нас с родителями были заведены совместные завтраки, ужины, посиделки по вечерам, обсуждения дня каждого члена семьи и новостей о родственниках и друзьях. Кумари очень редко бывала с нами. Завтрак она пропускала, так как просыпалась, когда мы с отцом были уже на работе. А вечера проводила либо у телевизора, либо в своей комнате, предпочитая одиночество.
- Такой характер, - оправдывала её ма, - иди к ней, сынок, наверное, тебя ждёт, стесняется показать при нас.
Поднявшись в комнату, я обнаруживал ее либо спящей, либо говорящей по телефону. Чтобы не мешать, спускался вниз, но родители обычно уходили на свою половину. Так я потихоньку отдалялся от них, не приближаясь к человеку, который должен быть самым дорогим и важным в моей жизни – собственной жене...
Чего только я не перепробовал в начале семейной жизни! Беседы, уговоры, расспросы, подарки, внимание, совместное времяпровождение. И никакой отдачи. Надеясь на уступки с её стороны и ответные шаги, я недоумевал, не получая ни того, ни другого.
- Пойми, Кумари, нам нужно выстраивать взаимоотношения. И чем дольше ты будешь откладывать, тем хуже. Понимаешь? - Она молча кивнула.
- Я не демон Ракшаса и не насильник. Поэтому иду навстречу. Но ты должна понимать, что долго так продолжаться не может.
- Я понимаю...
Общение шло тяжело. Куми была молчуньей, о себе рассказывала мало, в основном отвечала на вопросы. А меня вообще ни о чем не спрашивала. Она была отстранённой, витая где-то в облаках. И я все больше убеждался в том, что был лишь средством для достижения единственной цели - сохранить репутацию.
Свадебный обряд в Индии соединяет души на семь последующих жизней. Поэтому в договорных браках молодые, понимая, что это навсегда, стараются изучить характер и привычки друг друга, подстраиваются, идут на уступки. Муж и жена исполняют долг семейного человека, ведь жизнь в семье - не столько взаимная любовь, сколько взаимное уважение, ответственность и забота друг о друге. А когда ты уважаешь человека и заботишься о нем, постепенно влюбляешься. Жаль, у нас это не сработало…
В сексе было все непросто. Без эмоций, зажато, без рвения и желания с ее стороны. Постепенно пришло понимание, что мы разные по своему темпераменту, друг для друга вовсе не созданы и вообще плохо знакомы! Но было слишком поздно…
С приходом молодой жены ма с отцом дали нам возможность «притереться». Ма уступила дом новой хозяйке, которая не спешила пользоваться предоставленной возможностью. Как оказалось, она не была приспособлена к работе, поэтому очень искусно завела разговор о найме помощников. Я, согласившись на одного, спустя несколько лет, выплачивал жалованье уже троим. А, уволив их, впервые за долгое время почувствовал, наконец, себя хозяином положения.
В день, когда никто из персонала не вышел, я получил очередной скандал от Кумари. Просматривая почту в лептопе, услышал громкие шаги. Дверь кабинета распахнулась и без стука разъяренной фурией ворвалась жена.
- Как мог ты так сделать, Замир? - Громко начала с порога.
- Сделать что? - Спокойно уточнил я.
- Уволить прислугу! - Яростно зашипела она.
- Спокойно мог. Мы не раз обсуждали это, и внятных причин нести дополнительные расходы ты не озвучила.
- Это жадность, Замир! - Тут же нашлась она.