- К-к-какой должок? – Дрожащими губами просипела я, здорово испугавшись.
- Если не будешь орать, отпущу. Ясно?
После моего кивка ослабил хватку:
- Вот и молодец, понятливая. Сейчас уберу руки, а ты без глупостей. Врубилась? - Я снова кивнула, и он медленно отстранился:
- Должен нашему банку Григорий Мосин. Знаешь такого?
- Д-дааа… - Растерянно произнесла, уставившись на незнакомца. На банковского клерка он ну совсем не был похож.
- Хорошо, что не отпираешься. С понятливыми работать проще.
- Почему? – Вырвалось у меня, и я прикусила язык.
- Не надо применять меры воздействия! - Он громко засмеялся, и мне стало жутко. И страшно. От его вида. От не знания, с чем он пожаловал и как далеко способен зайти. Сейчас оставалось надеяться лишь на то, что этот шкаф не сделает ничего плохого.
- Так кто он тебе, этот Мосин?
- М-муж, - заикаясь ответила я.
- Твой муж взял кредит и перестал платить. А ты как супруга подписывала согласие и гарантию. Так что придется возвращать тебе... И советую не затягивать с погашением…
От озвученной суммы закружилась голова.
- Но… Где я возьму… Столько??? – Ошарашено просипела вслух.
- Это не моя забота. И я не заставляю отдать сразу все. Хотя это лучший вариант. Достаточно продолжить ежемесячные выплаты.
- Он исчез, - обреченно констатировала я, начиная понимать, в какое болото угодила.
- Соскочил, ясный сокол? – Глядя в глаза участливо поинтересовался коллектор. – Так часто бывает. Но это не меняет дела...
Было странно слышать нотки сочувствия в его голосе. Неужто и у таких внутри осталось хоть что-то человеческое? В продолжение моих мыслей громила продолжил:
- Ты пойми, у меня работа такая. Я знаю, что он свалил. Но банку надо вернуть свое. С процентами. Так что выхода нет, особо не ерепенься. И не доводи до крайностей. В следующий раз могут прислать уже не меня…
«Как это – выхода нет?» - недоумевала я, отправившись на следующий день в юридическую контору, - «выход есть всегда!» - твердила, словно мантру, пока специалист не затребовал бумаги у банка. А из них выходило, что кредит был оформлен под залог моей квартиры, о чем я вообще ни сном, ни духом…
Я отказывалась верить в тщательно спланированную акцию, но факты кричали об обратном. Шестой месяц после исчезновения Гриши расставил все по местам. Мордоворот из подворотни, оказавшийся коллектором, помог сбросить розовые очки, и я, наконец, проснулась, начав анализировать...
Это был третий займ мужа за время нашего брака. Первый он брал и выплачивал без моего участия, второй – с моего согласия как супруги, третий – по уже отработанной схеме. И первый, и второй кредиты он вернул досрочно, создав прекрасную кредитную историю, поэтому получил новую ссуду на лучших условиях, документы на которую я подписывала, не глядя… Ведь накануне он устроил мне романтический уик-энд, и я пребывала в эйфории, окунувшись в любовные грезы…
Он всегда занимался бизнесом, фонтанируя новыми идеями, открывая одно дело за другим. Я восторгалась деловой хваткой, не замечая незавершенности. А он бросал новый проект с той же легкостью, что и начинал, в поисках легкой прибыли. И, как оказалось, обман стал наиболее доходным из всех…
Гриша знал, что я – детдомовская, и за мной никто не стоит. Его расчет был точен: вместо хождения по судам и поиска доказательств за бешеное количество времени и денег я предпочту спасение квартиры – единственной ценности, за которую держалась руками и ногами.
Признаться, меня хорошо встряхнул этот дядечка. Остаться на улице я позволить себе не могла. Поэтому с тех пор старалась не пропускать дату погашения. Только зарплаты моей катастрофически не хватало, и я хваталась за любую подработку. Крутилась, как могла, изо всех сил пытаясь найти денег еще и еще, ощущая все чаще неподъемную усталость.
Превратившись в машину для зарабатывания, я оставила на периферии жизни свободное время, собственные потребности и желания. А, вынырнув из бесконечной круговерти, обнаружила, что в таком лютом темпе пролетел не один год.
Людок на чем свет костерила моего благоверного, втайне приходя помочь по хозяйству, и без конца ругала за переработки.