- А я нарисовал красивый рисунок! – Делится снежный** сын.
- Вы молодцы! – Хвалю их, расспрашивая обо всех мелочах, а потом обнимаю, чувствуя, что вот он, смысл моей жизни.
Ма смотрит с грустью и зовет в столовую, где меня ждет с любовью приготовленный ужин. Но не женой, а мамой, мимолетно обнимающей, желая приятного аппетита.
- Уложу малышей, - говорит она, покидая столовую.
Я молча киваю, и, приступая к трапезе, смотрю в огромное окно. Словно в зеркале, оно отражает мужчину, в одиночестве сидящего за огромным столом просторной комнаты, которую надеялся сделать центральным помещением собственного дома.
На плечи навалилась непомерная усталость. Передо мной окно в пол и высоченная дверь из двух половин, через которую можно выйти на террасу и попасть в красивейший сад. Но, наблюдая за сгущающимися сумерками из-за стеклянных стен, я вижу только свое отражение…
Я добился многого. Большой дом, автомобили, прислуга, налаженный бизнес. И полное отсутствие покоя и умиротворения в душе. Состоявшись во внешнем мире, я, как мужчина, потерпел полный крах во внутреннем. Дети стали единственным плюсом моего брака, которым я связал себя на всю жизнь. Но, самое печальное, так жить мне больше не хочется...
Ма, уложив сыновей, возвращается, чтобы приготовить масала****. Подавая ароматный чай с молоком в прозрачной стеклянной кружке, она заводит разговор, которого я никак не ждал...
- Я хочу, чтоб ты был счастлив, сынок...
- Я счастлив, - кривя душой, стараюсь держаться как можно убедительнее. - Разве ты не видишь, ма? Разве дети - не счастье? - Но она лишь качает головой:
- Ты умный мальчик, Замир, и понимаешь, о чем я...
Я понимаю. Как и то, что мою проницательную ма не обмануть…
После ужина выхожу во двор. У нас просторный двухэтажный дом с зеленой лужайкой и удобным диванчиком на террасе, где я люблю, уединившись, курить и пить кофе. А сейчас мне как никогда нужно побыть в тишине и спокойствии, наедине с собой.
Погрузившись в воспоминания, проваливаюсь на восемь лет назад…
- Сын, - торжественно произносит ма во время семейного обеда, - мы нашли невесту…
Я отчетливо помню каждое слово и даже интонацию, будто это случилось вчера. Ведь тот момент стал одним из переломных в моей судьбе...
В Индии традиционен «аrranged marriage», или брак по договоренности. Так женились все в моей семье. Так женились все мои друзья и знакомые.
Брак для индийца – священная обязанность, влекущая за собой религиозные и социальные гарантии. А свадьба – самое грандиозное событие. К нему начинают готовиться чуть ли не с рождения ребенка.
Именно родители подыскивают будущего супруга, занимаясь сбором и проверкой информации о потенциальном кандидате в невесты или женихи. Они ведут переговоры со второй стороной, и если все приходят к соглашению, назначаются даты помолвки и свадьбы.
До определенного момента жених и невеста не участвуют в этом процессе, их просто ставят в известность. На встречи они тоже не ходят. Только когда первые договоренности осуществлены и проверены «кундали»***, можно знакомить «детей» друг с другом.
О моем браке родители говорили давно, и я наивно полагал, что смогу избежать договорной его стороны. Но, видимо, законы кармы все же существуют, раз все сложилось вопреки моим планам…
После того памятного обеда мы с родителями надолго уединились в кабинете. Я объяснил, что хочу быть хозяином своей судьбы и сам выбрать ту, что станет мне женой, но они не поняли меня. Воспитанные иначе, мама с папой огромное значение придавали традициям, репутации, мнению окружающих. В глазах всех мы были уважаемым родом, и нежелание взрослого сына заводить семью могло выглядеть подозрительно.
С точки зрения людей со мной могло быть что-то не так: жадный, ленивый, агрессивный, или что ещё хуже, - надумать и шептать за спиной могли всякое. Опасаясь этого, ма хотела сыграть на опережение, пока ее единственный ребенок не потерял привлекательность на брачном рынке.
Несмотря на то, что на дворе XXI век, в Индии молодые люди в большинстве своем не встречаются. И секс, опять же, в большинстве случаев, может быть только между супругами. Вот почему странно смотрится одинокий мужчина, не стремящийся к браку.