— Я вообще-то пацифист, — медленно проговорил Ден, — но… Это тебе за глумление над историческими ценностями, паскуда!
И Зинаида, будто только и ждала этой фразы, со всей силы пнула Мойшу по самому важному месту. Тот потерял сознание второй раз за день. Тогда Ден перевернул ногой бесчувственное тело и с торжествующим видом вытащил из-за кармана в шубе Мойши ожерелье. Обменявшись торжествующими взглядами, Ден и Зинаида хлопнули в ладоши.
Затем, задумавшись на мгновение, Ден протянул Зинаиде ожерелье.
— Думаю, оно на тебе отлично будет смотреться.
Зинаида удивленно вскинула бровь, а потом понимающе улыбнулась.
— Царица Тамирис… Льстец ты, альфонс.
Ден помог ей застегнуть ожерелье. Смотрелось оно действительно отпадно.
— Я же говорила — отличная пара, — умилилась Яна Алексеевна.
Петр Федорович согласно закивал.
Прежде, чем Ден и Зинаида успели возразить, подошел один из спецназовцев. Отдав честь, он сообщил Петру Федоровичу:
— Товарищ генерал, рецидивисты обезврежены… И через десять минут наступит Новый год.
— Шампанское и закуски готовы? — деловито осведомился Петр Федорович.
— Так точно!
— Тогда прошу. — Петр Федорович сделал приглашающий жест в сторону двери. — Выпьем шампанское под бой курантов.
Все заспешили к выходу. Оказалось, Мойша и компания обосновались в якобы ремонтируемом здании совсем рядом с Красной Площадью. Возле здания обнаружился джип Зинаиды и военный УАЗик, нагруженный ящиками с шампанским и закусками.
Петр Федорович самолично открыл одну из бутылок и наполнил четыре бокала. Под бой курантов Зинаида, Ден и их родители чокнулись. В небе расцвел салют.
Говорят, как встретишь Новый год, так его и проведешь. Героям оставалось лишь гадать, как пройдет новый год, начавшийся так странно.