Тем временем в театре Буратино решил перед спектаклем обратиться к преданным зрителям. В основном на пьесы ходили одни и те же. Давно уже сформировался круг друзей и единомышленников, для которых это место было не просто кукольным театром, а настоящим островком культурной жизни, ещё тем, прежним, старым, традиционным, не подверженным новым веяниям современной попкультуры.
Деревянный мальчик немного волновался: нечасто он выступает публично, обычно по ту сторону компьютерного экрана. Наконец прозвенел третий звонок, зрители в зале зааплодировали, вызывая артистов, но на сцену вышел один Буратино.
- Дорогие друзья, здравствуйте. Пожалуйста, не волнуйтесь. Спектакль не отменили, артисты скоро начнут, но я хочу занять немного вашего драгоценного времени, с вашего позволения.
"Говори! Давай! Не стесняйся!" - стали подбадривать Буратино из зала.
- Спасибо, я вам очень признателен. Дело в том, что нашему театру угрожают, угрожают самому его существованию. Всем известно, что земля в центре Москвы стоит баснословных денег. Эта земля принадлежит моему отцу, но это стоит поперёк горла акулам бизнеса. На папу сильно давят, требуя подписать документы на продажу земли. Если отец это сделает, то они немедленно снесут театр и построят торговый центр.
В зале послышался гул голосов. Люди возмущались, жестикулируя и разворачиваясь к своим собеседникам, обсуждали неприятную новость. Буратино подождал. Он продолжил:
- Мы с папой обращаемся к вам за помощью и просим поддержать нас. Если вам не безразлична судьба театра, то приходите завтра сюда снова. В двенадцать часов мы с отцом организуем протестный митинг, куда приглашаем всех желающих, а также муниципальных депутатов и средства массовой информации. Мы попробуем привлечь внимание общественности, чтобы защититься от захватчиков.
- Буратино, а кто именно стоит за этим? Известно? - спрашивают из зала.
- Скажи нам имена, возможно, мы тоже что-то сможем сделать! - выкрикивает миловидная женщина.
Буратино вздохнул:
- Конечно, имена известны. Мы не собираемся их скрывать. Дама, которая собирается передать землю, купленную у нас, иностранным инвесторам, - это Лисицына Алиса Витальевна. И с ней её муж и помощник, Котов Василий Васильевич. А теперь прошу меня ещё раз извинить. Не смею больше откладывать начало спектакля. Спасибо вам всем большое!
И Буратино вышел со сцены и направился в кабинет папы Карло. Зайдя в помещение, он заметил, что папа Карло бледен и выглядит уставшим. Мальчик бросился к отцу:
- Что-то случилось? Известно что-то о Пиноккио?
- Да, сынок, мне позвонили ещё раз. Они требуют ускорить принятие решения, иначе они сожгут Пиноккио, - тихо проговорил папа Карло. - Они там уже злятся, я боюсь за мальчика. Я готов подписать бумаги. Сейчас я позвоню Дуремарову. Или, может, обратиться в полицию?
- И что ты им скажешь? - с горечью возразил Буратино. - Что у тебя украли говорящую куклу? И что дальше? Что им сделают? Это серьёзные люди. Им достаточно дать небольшую взятку, и твоего заявления как ни бывало. Подожди, папа, не торопись. Они ничего не сделают Пиноккио. Они только угрожают. Если похитители действительно это сделают, то останутся ни с чем. Они же не дураки. Мошенники блефуют. А нам надо немного потянуть время. В социальных сетях уже постепенно разворачивается обсуждение, там очень активные посты. Люди интересуются. Плюс некоторые зрители, кажется, тоже готовы поддержать нас на завтрашнем митинге.
Буратино, кажется, успокоил отца. Мальчик переживал не меньше, но также он понимал, что паниковать нельзя. Если они будут нервничать, то обязательно выпустят ситуацию из-под контроля.
На даче обстановка накалялась: Алиса требовала ускорить развязку, ведь инвесторы, хоть и согласились на некоторые её условия, торопили подписание документов. Она ходила взад-вперёд по гостиной, бесконечно пила кофе, придиралась к Василию и ругалась с Карабасом.
- Я не понимаю, почему до сих пор мы ничего не добились? - злилась она. - Мы не можем справиться с этим старым ремесленником! Мы, умные и хитрые люди, не можем убедить этого проклятого старикашку взять у нас почти миллиард рублей за землю! Идиотизм какой-то!
Карабас, почему ты нам не сказал, что это такой упертый тип?! И разве ты нас не убеждал в том, что эта кукла ему дороже всего на свете? Что пошло не так?
- Алиса, успокойся, - попробовал её остановить бывший директор театра. - Давай ещё немного подождём. У него нервы не железные, он обязательно согласится на наши условия. Он очень любит Буратино, и любит значительно больше театра.
Василий подошёл к жене, обнял её и увёл из гостиной, чтобы отдохнуть от этого бестолкового дня.