— Нет, это я вам повторяю: мне срочно нужен эвакуатор! Нет, не смейте бросать… Да что вы… Р-р-р!
Она гневно топает ногой и сочно ругается.
Ну а что ты, собственно, хотел, майор? Какой Мороз, такая и Снегурка.
— Девушка, вам помочь? — спрашиваю громко, обозначая свое присутствие, потому что, кажется, за своими разборками она меня и не приметила.
Пофиг, мы, опера, народ не гордый, и первые познакомиться можем.
— Ой, — наконец фокусируется на моем лице Снегурка. Лицо у нее кукольное: темные брови, длинные ресницы, маленький и немного курносый нос, а еще красивые полные губы, и похоже, даже натуральные, либо очень аккуратно сделанные. В общем, девочка-вау, и что-то мне подсказывает, что под пуховиком тоже вау. — Добрый вечер, — она растерянно хлопает ресницами, а я, улыбнувшись, шагаю к ней.
Добрый вечер — это очень правильный настрой.
Глава 2. Спасение утопающих
— Руки-ноги целые? — спрашиваю, но все равно осматриваю сам на предмет травм.
Снегурочка, надо признать, держится бодро. Не трясется от страха, не впадает в истерику, а вытянув перед собой руки и по очереди потянув носки сапог на себя, осматривается самостоятельно, будто до этого у нее не было времени.
— Целые, — пожимает плечами. — У вас случайно нет знакомого эвакуаторщика? Тут съезд дурацкий, я не справилась с управлением и слетела с дороги.
Я еще раз с сомнением осматриваю девушку. Поразительная адекватность и хладнокровность в текущей ситуации. Тут возможны два варианта: либо она еще до конца не осознала, что произошло, и откат придет позже, либо она примерзла и плохо соображает. Третьего не дано.
— Эвакуаторщика нет, есть сосед на уазике, — впрягаюсь я, снимая блокировку с экрана и как бы случайно поднимаю фонарик выше, чтобы еще раз посмотреть на ее лицо. Веду себя как подросток какой-то, но поэтому, наверное, и впрягаюсь.
Да и философия со спасением утопающих как-то вразрез идет с моими убеждениями и выбранной профессией. Так что причинять добро я давно научен, а тут оно требуется в обязательном порядке.
Набираю номер соседа, живущего напротив, уже заранее зная, чем закончится вся история. Время почти девять, через три часа Новый год, и все нормальные люди уже распили первую бутылку шампанского, проводив старый год. Но не попробовать не могу.
— Здорово, Саня! — слышу в трубке спустя четыре гудка. — С наступающим!
— И тебя с наступающим, Иван. А ты сегодня выходной?
— А как же! Успел выпить, протрезветь и еще раз выпить. Между делом накрошил тазик оливье и пожарил мясо. Праздничная программа на максимум. Ты дома, кстати?
— Почти. Свернул с трассы.
— Заходи к нам, если планов нет! А то в Новый год одному быть как-то нехорошо. Ты и так все время один.
И у меня что-то больно тянет за грудиной от этих слов. Я как-то особо не придавал значения своему одиночеству. Знал, что это издержки профессии, и даже смирился, особенно когда десять лет назад развелся с женой. Перебивался случайными связями, и на этом хватало. Но сегодня, видимо, день такой. Как и день рождения.
— Давай потом решим, — отвечаю уклончиво, потому что после двух суток без сна единственное желание — завалиться спать. — Вань, а машина у тебя на ходу? Тут на повороте к нам один хороший человек с управлением не справился и улетел в кювет, помочь бы.
— Машина на ходу, я не очень. Давай завтра после обеда. Дотерпит твой хороший человек? Я как проснусь, сразу решим вопрос.
Снегурочка моя пританцовывает на месте и, поднеся руки ко рту, дышит в кулак. Видимо, стоит здесь дольше десяти минут, а мороз тем временем крепчает и кусает щеки. Даже мне холодно, что уж говорить о девушке.
— Договорились.
— На связи, Сань.
Стоит мне закончить разговор, как Снегурка оборачивается. Я даже в полумраке вижу, как загорается огонек надежды в ее глазах. Так родители смотрят на нас, когда мы говорим, что постараемся найти их сбежавших из дома детей. Как будто мы, блядь, всемогущие.
Только вот если на работе я броней оброс уже давно и эти взгляды на меня не действуют, то со Снегуркой хочется геройствовать. Сделать так, чтобы она улыбнулась искренне и наконец оттаяла, потому что, кажется, до нее только сейчас начинает доходить весь пиздец ситуации. А я не то чтобы силен в усмирении женских истерик.
— Замерзла? — Она кивает. — Дуй в машину и включи себе подогрев. Я сейчас тут осмотрюсь и тоже приду.
Обхожу машину, иду по следам Снегурки, она тут прилично находила, почти тропинку вокруг вытоптала.