Старик умолк, смотрел выжидающе. Вспомнила, – никак не отблагодарила его ещё:
– Ступай на поварню, поснедай чего; я велела там…
…В осенних сумерках последние прихожане разбредались из церкви; дьякон Дементий, позёвывая и крестясь, обходил образа, гасил свечи… Маленькая женщина, в ветхом, не в пору, платье, шла к церкви. От паперти недалече приостановилась, как наткнулась на что, оглядела утоптанный двор. Дождавшись, как опустеет церковь, вошла, пугливо оглядывая тёмные лики…
– Чего тебе, сирота? Служба ноне закончена…
–…Мне… Креститься бы… Батюшка…
–…Э… Креститься…То дело доброе… Да заутра приходи, народу немного будет…
–…Мне нынче надо…
–…Э…Чего ж так? Ну да ладно, хотя вода в купели стылая… Ну, разболокайся, пойду, вздену епитрахиль, да мирро возьму…
…За крепкими дубовыми стенами Лазарева терема свистит-припевает зимняя непогодь; то дождём крышу молотит, то снегом осыпает. В протопленной горнице тянет ко сну; пора свадебная прошла, закрома полны жита; кадушки забиты квашениной всякой, – время тихих зимних трудов и молитв, – Пост до Рождества…
Угомонились дети, посапывают в детской. Хозяин, перебрав мёду у Горелика (и Пост не в помеху), раньше всех уснул; теперь будет храпеть до полуночи; потом встанет, выпьет квасу да опять завалится до утра; никакой у мужика заботушки…
Варвара зевнула, перекрестилась, не пора ли на покой и ей?.. Постучалась и чуть приоткрыла дверь ключница Мавруша:
– Там побродяжка пришла, убогая…
– Так чего ж? Накорми, до утра пусть перебьётся; аль не знаешь, чего делать?
– Она до тебя просится…
– Блажь пустая! Скажи: почивает боярыня… Да кто такая? Не здешняя ли?
– А Найка-приблуда… Из нехристей…
– Что? Ни к чему мне видаться с ней… Впрочем… Пусти сюда…
-…Чего хочешь, говори, не мотчай … Плат этот откуда у тебя?
– Не краденый; матушка Анастасия дарила…
– Какая она тебе матушка? Почто видать меня хотела? – любопытная Мавра всё торчала в дверях; Найка покосилась на неё; Варвара поняла:
– Поди, Мавра, восвояси…– и к побродяжке – Чего изволишь ещё? Как тебя там,– Найка, что ли?..
– Крещёная я … Авдотьей…
– …Погодь, да ты в тягости никак?
– Братца вашего, Иванушки, чадо… Я на него не в обиде, сама того хотела… Дозволь, боярыня, до весны лишь остаться, до разрешенья, – Найка осела на пол перед Варварой, – там уйду, хоть одна, хоть с дитём…
– Да ты в уме ль, девка? Чего бредишь-то, понимаешь ли? – Гневалась Варвара, а уж чуяла, – приблудная не врёт! Вот так праведник братец Ванюша! Да ведала ль про то мать? Навряд; инако эта оборванка давно б в отцовом доме жила…
– Мавра! – Авдотья дрогнула; испугалась, поди, – сей час взашей вытурят… Недалече, похоже, ключница уходила; сей миг и посунулась в дверь.
– Сведи на поварню, дай воды умыться; вели накормить ладом, не объедками! Да обернись ко мне тем же часом!
– Матушка-боярыня! – Авдотья вовсе свалилась на пол мешком, – День и ночь на тебя работать стану!
– Станешь… Куска даром не съешь…
– …Слыхала, Мавра, о чём речь шла? – по спешно отведённым глазам поняла: слышала всё. На то и поставлена, – глаза и уши хозяйки…
– …Сей час баню стопи ей, одежонку какую покрепче справь; корми, да не закармливай; работой не томи, а без дела сидеть не давай. И чтоб обиды никоей не чинилось. О том сама проверять стану; там как Бог даст… Сама языком не трынди лишнего…
– Как можно, боярыня? Не впервой меня знаешь…
– То-то, знаю я тебя…
…Всю зиму нахваливала Мавра Авдотью: дар-то какой у приблудной! И злато кружево плетёт, и цветами ткёт, – глаз радует. Всё на лету схватывает; глянет чью работу, – чище да ярче створит. Допрежь, говорит, такого не делала; врёт, поди…
– Не отпускала б ты её, боярыня! Клад-девка! – Варвара и сама порой то же думала; жалеть уж стала: куда бабе идти, одной, с чадом ли? Пусть живёт… Хотела о том сама сказать, да долго раздумывала…
Первый крик младенца смешался со звоном ручьёв…
–…На братца твоего, Ванюшу, похож больно, боярыня… – нашёптывала Мавра хозяйке, – волосики золотые да глазки небесные…
…Крепкого парнишку родила Авдотья, а, поди, все силы отдала ему, – молока ненадолго хватило; пришлось кормилку искать…
…А как подсохли пути, прибежала Мавра к хозяйке поутру:
– Ушла приблудная-то! Оставила Макарку нам на заботу! Я уж оглядела всё: не прихватила ль чего себе?
– Не мели пустого! На что ей? А и что взяла, – простится ей, от нас не убудет…
– Чего с мальцом-то делать?