В притенке, на влажной прибрежной травке, у плотика, вольно раскинул руки отрок лет пятнадцати. Юный возраст богатырскому храпу не мешал… А спал малец сторожко; то ли веточка хрустнула под ногой, то ли птица порхнула, вспугнутая, – вскочил, глаза протирая: батя! Осмотрелся, что чужие, и вовсе неведомые; без испуга поклонился взрослому человеку; Омельку оглядел с любопытством; Анютку едва приметил, – чего на девчонку смотреть…
– Далеко ли, молодец, отсель до моста будет?
– А нету моста никакого; прошлой весной в половодье снесло, досель не поставили, у посадника руки не доходят распорядиться… Вам на что мост? Али в Беловодье идёте?
– Туда нам, молодец; а что ж ты в пору страдную валяешься на бережку?..
– А тятька с братьями сена огребают; мне ж велели ведигу (плот) сбить, да к ним идти; а я сбил, да чего-то меня сон сморил…
– Ты бы, отрок, свёз на другой бок нас: дело недолгое; да к отцу поди… А я заботу оплачу твою…
– Чего не свезти; только лазом дружкой пойдём; мне на всех могуты не хватит… В Беловодье-то к кому?
– Да есть знакомцы… Живал там прежде… Сам-от чей?
– А моя родова известная в Беловодье, – от первого посадника ведёмся, Ставра Годиныча! Слыхал ли?– говорливому отроку, видно, в сласть было поговорить с прохожим незнакомцем о славном предке. – Ох и богатырь был! Ростом в две сажени, что тебе Илья Муромец! Он и град Киев поставил! Печенегов щелчками побивал!
– Тебя-то как величать, сказитель? – Макар с трудом остановил былинную речь отрока…
– А Фадейка я… Отец мой, Пётра Авдеич, – внуком приходится Ставру Годинычу, стало быть, правнук я его, Фадей Петрович…
– Как же нынче живется-можется Авдею да Гавриле Ставричам?
– Дед Гаврила убрался по зиме на погост: старшие сыны его кто помер, кто в Ростов да Новугород перебрался; здесь младший, Ульян, хозяйнует… – ведига ткнулась в травяной бережок; Макар протянул парнишке серебряную гривну, – Ух, ты, киевская! Иди, дядька, по тропке, вдоль берега до Черемухова острова, там к большаку поднимешься и…
– То мне ведомо! – Макар крикнул уже издалека, – Свидимся ещё!
– И кто ж такие? – Фадейка всё стоял у берега, вертел в руках киевскую гривну, смотрел вслед путникам – Всех он знает, всё ему ведомо… – С другой стороны Молосны его выкликал отец…
…Они брели по пыльной Срединной улице к церквушке; Анютка начинала тихо попискивать от усталости:
– Потерпи, чадо, пристанем уж скоро… Вот навестим Гаврилу Ставрича…
…Седенький, будто пыльный от старости, служитель помог сыскать могилу…
– …Не дождался ты меня чуток, Гаврила Ставрич… А привёз я не Машеньку, – душу её…
…Одному Гавриле и ведомо было, – приезжал в Беловодье Макар, семь лет тому… За три версты от города, ближе к болотам, рубил хлысты, в венцы складывал, раздумывал, где пожог под росчисти делать; за думой не приметил, – Гаврила подошёл сзади, сел на пенёк:
– А я в догадках: кто в лесу шебуршится; по путику шёл, – сойки да сороки полошатся… Не ладно затеял, братенич; по всему, не первый день в Беловодье, а от отца приёмного таишься… Аль сыскал Машеньку?..
– Прости, Гаврила Ставрич, торопился я чего-то: привезу сюда Машу… Не ладно ей там…
– Ну, добро, коли так… Чего ж один пуп рвёшь? Помогу…
…Из всей родни Беловодской никто после Варвары не привечал так Макарку как Гаврила. И почитал его Макар как отца родного; Авдея же побаивался, тот и глядел на парнишку сверху вниз, не желая признавать в нём родственника; так же и с братьями близи не сталось; в забавы мальчишечьи шёл, когда звали, сам не навяливался; боле дядьке помогал…
… Служка не отступал, заглядывал в лицо Макару:
– Да ты чей? Лицом будто знаком… Не Макарка ли Гаврилов? Воротился, стало быть… А не дождался тебя Гаврило…
…От церкви свернули ближе к реке, на Ставрову улицу… Дома как люди, – который в землю врос, который укрепился за огорожей, вверх терем новый вознёс… Шире стал гаврилин двор, два жилья надстроил молодой хозяин, не поскупился…
…Ульян Макара едва признал, не больно радуясь…
–…Брательник, стало быть… А это кто ж с тобой? Твои ли чада?.. Машеньки? Что-то плохо помню… Малая, говоришь, была? Чего ж в Киеве родичам не оставил, хвост за собой тащил?.. Тебе своё гнездо вить…
…Анюта, чуть пожевав, прикорнула под рукой ласковой хозяйки Ульяна.
– …Вишь чего, брат; изба у меня за Беловодьем, верст семь отсель; мне б девчонку оставить у тебя на малое время, не дойдёт она, – Ульян, едва отмяк, узнав, что пришлые под кров не напрашиваются; теперь напрягся опять…