— Ты предлагаешь все разрушить, но так не бывает. Ты чертовски убедителен, правда, но что ты можешь предложить взамен тому, что есть?
— Силу.
— И только? — она была ошеломлена его речью, но ей требовалось обоснование. Внутри нее проснулся дикий зверь, жаждущий вонзиться в живую плоть. Почувствовать вкус реального Геллерта Гриндевальда.
— Ты сумасшедшая? Что еще тебе нужно? Территории, сила, золото — у них будет все.
— Опрокинешь мир магглов в карманы волшебников, чтобы сделать их богаче и влиятельнее? — Гермиона закусила губу. Геллерт не говорил о магглах ни слова.
— Схватываешь на лету. Именно так я и сделаю.
— Считаешь, они будут стоять с протянутыми ладошками, вывернув карманы тебе под ноги?
— Ты меня недооцениваешь, у меня есть реальная сила, сторонники, — волшебник вскочил с кушетки, начиная раздражаться.
— Много?
Геллерт мрачно усмехнулся.
— Достаточно.
— Чтобы уничтожить город? Страну? — Гермиона смотрела на Геллерта, видя как краска отливает от его лица, — Хватит для того, чтобы захватить всю немагическую Британию?
— Что если так? Посадишь меня в Азкабан, дорогая?
— Зачем? Просто дождусь, когда твой план развалится по кирпичикам, обрекая тебя поучаствовать в уникальном представлении под названием Геллерт Гриндевальд. Второй акт. Фиаско.
Геллерт расхохотался.
— В моей биографии хотя бы возможен второй акт, — он пригладил волосы, возвращая себе утраченное самообладание. Сидящая напротив него девушка раскраснелась и тяжело дышала, не полностью осознавая что только что произошло. — Ты передумаешь, — добавил Геллерт, плотно сжав челюсти.
Он шагнул к ней, доставая из внутреннего кармана небольшую записную книжку в кожаном переплете.
— Блокнот моего отца, — прежде чем вложить его в протянутую руку, он внутренне ухмыльнулся. Эта девушка заставила его злиться. Глупая, недальновидная, раздражающая. Также сильно взбесить его мог только Альбус и это влекло и отталкивало одновременно.
— Полистай, я видел там символы похожие на те, что… ты поняла.
Гермиона забрала блокнот. В попытке собраться с мыслями, она предпочла с головой уйти в работу. По крайней мере, эта стезя была хорошо ей знакома.
Пробежав глазами несколько страниц, она недовольно посмотрела на Геллерта.
— Приступлю к расшифровке, как только переведешь мне эти заметки.
Волшебник поморщился. Он совсем забыл, что она не знает немецкого. Черт.
— Естественно переведу. — Он невозмутимо отобрал блокнот, присаживаясь в кресло. По щелчку пальцев, из соседней комнаты приплыли несколько пергаментных свитков, перья и чернила. Вырвав несколько листочков, он протянул их девушке.
Гермиона перерисовала указанные символы с алфавитным значением, пока Геллерт зачитывал ей различные фрагменты. Замечания его отца были весьма ценными и она невольно поразилась тому, откуда он мог обо всем этом узнать. К примеру, некоторые символы в сочетании с другими образовывали устойчивые выражения, которые являлись подобием магической формулы. И что было бы прочитай она их вслух, чисто по незнанию?
Ей не хотелось донимать волшебника выяснениями, но любопытство сегодня пересилило любой здравый смысл.
— Можно вопрос? — Гермиона закусила губу.
— Если скажу «нет», это что-то изменит? — глумливо поинтересовался Геллерт.
Она пропустила эту шпильку, улыбнувшись уголками губ.
— Откуда твой отец узнал об ордене столько всего? Все эти выводы можно сделать, только если очень долго экспериментировать со значениями.
Геллерт откинулся на кресле, прикрыв блокнот.
— Хотел бы и я это знать.
— Ты не общаешься с родителями?
— Сложно общаться с теми, кого больше нет.
— Прости, — ей стало ужасно неловко.
— Ничего. — Геллерт заглянул в блокнот, удивленно вскинув брови. — Похоже, мы закончили. Осталось всего-ничего — перевести этот талмуд, — он кивнул головой в сторону дневника, лежащего на столике.
— Не все так сложно, — улыбнулась Гермиона. — Есть заклинание, позволяющее перевести этот текст, даже с учетом того, что в сочетании некоторые символы образуют новые значения, — девушка не заметила заинтересованности, мелькнувшей во взгляде волшебника, продолжив перечислять достоинства ее заклинания.
— Это авторская магия? — спросил Геллерт.
— Отчасти. Я немного дополнила министерские чары. Криптос, — заклинание вспыхнуло, ослепляя волшебников. Палочка втянула в себя чернила, оставив некогда исписанные листы девственно чистыми, чтобы наполнить страницы дневника синеватым свечением, коснувшись обложки.
Гермиона быстро пролистала его, удовлетворенно хмыкнув.