Гермиона задумчиво улыбнулась. Чета Фламелей была такой светлой, теплой. Неважно, какая на улице погода — пусть хоть ураган сметает с лица земли целые города, в их доме всегда светит солнце. Несмотря на столетия, их отношения были наполнены нежностью и любовью, волнительным трепетом и бесконечной преданностью друг другу. Девушка о таком могла лишь мечтать. Впрочем, она даже не была уверена, хочет ли об этом мечтать.
Обед проходил шумно. С шутками, неловкими воспоминаниями из молодости Николаса и шутливыми подначиваниями со стороны Пернеллы. Альбус рассказывал о своих путешествиях, тщательно избегая периода, когда они с Геллертом были дружны. Элфиас поддерживал его и сокрушался, что ему ни разу не довелось с ним побывать в приключениях, и надеялся, что хоть в этот раз получится. Сам Геллерт по большей части молчал, наблюдая за окружающими и задумчиво ковыряя вилкой у себя в тарелке. Несколько раз он посматривал на Гермиону, будто не решаясь что-то спросить.
— Миссис Фламель, — он сложил приборы на опустевшую тарелку, — это было великолепно! Мне кажется, еще немного — и я лопну! — он шутливо похлопал себя по животу.
— Ой, будет вам, — рассмеялась Пернелла, — десерт?
— Еще и десерт? — картинно удивился юноша, посмеиваясь. — Тогда я точно у вас жить останусь!
— И я! — повторил Элфиас, смачно отрыгивая. — Прошу прощения. — от смущения его щеки покрылись пунцовыми пятнами и теперь его родственные связи с осьминогами не оставляли никаких сомнений.
— До-ож, — протянул Геллерт, укоризненно качая головой. — Впрочем, кое-где говорят, что это лучшая похвала для хозяйки.
— Весьма сомнительная, — пробормотала Гермиона, которой почему-то тоже было стыдно. — Пернелла, это был чудесный обед и я с огромным удовольствием попробую еще и десерт.
— О Мерлин, ну хоть раз мне попалась девушка с нормальным аппетитом, — взмахнула палочкой миссис Фламель, убирая все со стола, — сейчас принесу чай! — она снова убежала на кухню, оставляя после себя сладковатый цветочный шлейф.
— Прошу прощения, господа, — Геллерт поднялся, — и дамы, — он кивнул Гермионе. — Но я вынужден вас ненадолго покинуть по очень важной причине. — Четыре пары глаз удивленно уставились на юношу, пока он не выудил из кармана блестящий портсигар. — Вредные привычки, знаете ли.
Гермиона услышала, как Альбус расслабленно выдохнул.
— Я с тобой, — Дож тоже поднялся, натягивая на себя мятый пиджак, — если ты, конечно, не возражаешь.
— Если ты обещаешь не повторять… — Геллерт помедлил, подбирая нужное слово, но зардевшееся лицо Элфиаса свидетельствовало о том, что он и так все понял.
— Я постараюсь, — пробормотал он и скрылся в дверном проеме. Приподняв на прощание невидимую шляпу, за ним отправился и Геллерт.
Проводив его долгим взглядом, Альбус обратился к алхимику:
— Спасибо, что принял нас. Министерство не очень обрадовалось нашему визиту.
— Еще бы, — усмехнулся Николас, отправляя в рот веточку петрушки, — я так понимаю, вас будут разыскивать, мисс.
Гермиона кивнула. Она даже не сомневалась, что Венузия пустит по следу всех цепных собак Министерства.
— Не переживайте, я зачаровал порт-ключ. Магический след от него ложный и приведет их к полуразрушенному храму в Китае. Если повезет. Знаете, магия такая непостоянная штука, — алхимик развел руками, всем своим видом выражая непричастность к грядущим потерям министерства.
— Альбус, что вы рассказали Геллерту? — с самого начала девушку интересовал этот вопрос. Она не знала полной истории для Гриндевальда и тщательно выбирала выражения, чтобы не сказать лишнего.
— Аберфорт в письме кратко изложил придуманную вами легенду. Не скажу, что идея о том, что мы родственники была лучшей, но за неимением другой и нехваткой времени я этим воспользовался, — ответил Альбус, задумчиво поглаживая запястье. — Для Геллерта вы дочь моей дальней тетушки, чей след давно затерялся в Америке. Он знает, что вы работали в Министерстве, но они подставили вас и заперли в подвале, ожидать суда или смертной казни.
— А насчет путешествий во времени?
— Может, в кабинете поговорим? — алхимик кивком указал на входную дверь, где вот-вот могли появиться Элфиас с Геллертом. — У нас не так много времени на разговоры, а лишние уши только помешают.
Второй кабинет Фламеля был меньше и располагался на втором этаже. Уютный, созданный скорее для размышлений в одиночестве или очень тесной компанией, с темно-зеленым ковром и бурыми панелями на стенах. Сквозь приоткрытые шторы проглядывала сочная зелень, наполняя комнату вкусным ароматом согретых летним солнцем яблок.