Десятки заклинаний осветили зал, когда копия Гермионы метнула молнию в зеркальный ураган и тот отразил ее калейдоскопом, прожигая книжные стеллажи.
Статуя атлета рванула вперед, притягивая отражение за волосы. Сильные руки сдавили ее голову. Жуткий нечеловеческий крик отчаяния и ужаса предшествовал звону осколков, осыпавшихся на пол.
Геллерт потянул Гермиону выше, взбираясь на следующий стол, когда вспышка боли обожгла плечо. Амальгамная стрела пронеслась мимо, врезаясь в стену.
Кентавры набросились на ураган, безуспешно пронзая его копьями.
— Давай поиграем, Геллерт, — мы же это любим, — выкрикнуло отражение, вращая на ладони палочку. Вспышка парного заклинания мазнула по тому месту, где только что была копия, прожигая пол, но она скрылась, сливаясь с ураганной массой.
Серебряный отросток отделился от смерча, становясь подобием горизонтальной гильотины, острым лезвием разрезая камень, словно мягкое масло. Тяжелые мраморные глыбы полетели в разные стороны, разбивая книжные стеллажи. Отброшенное копыто отлетело вверх, ударяя стол, на котором парили волшебники.
Не удержавшись, Гермиона прыгнула, цепляясь за летающий над отражающей массой стул.
Геллерт устоял, но его рану нельзя было залечить — тонкая амальгамная пленка мешала. Был в этом положении плюс — истечь кровью ему не грозило. На лице заходили желваки, он должен был сражаться, а не ныть от боли.
Гермиона подтянулась на руках, забираясь на стул. Она нависла над бурлящей серебряной пропастью, стараясь не дышать, чтобы не сбить прицел. Золотистая вспышка метнулась в одно из зеркал, запечатывая его.
Геллерт хотел закричать ей не делать этого, слишком опасно, но проклятая амальгамная отрава странно на него действовала, замедляя разум.
Как только заклинание Гермионы коснулось рамы, зеркальный водоворот рухнул вниз, становясь в половину меньше. Он снова растекался по полу, превращаясь в бурлящую лужу. Девушка пальнула в него заклинанием, но оно отбилось, чудом пролетев мимо нее.
Серебряные кентавры поднимались из бушующей материи. Увидев наполненные стрелами колчаны, волшебница успела перепрыгнуть на стол, метнувшись вперед, чудом укрываясь от стрел, в труху разбивающих мебель.
Каменные стражи навалились на зеркальных чудищ, пытаясь защитить библиотеку.
Гермиона силилась достать до второго зеркала, чтобы запечатать и его, но стальная стрела пролетела в дюйме от нее, вынуждая сорваться вниз. Удар вышиб весь воздух из легких. Тяжелые шаги серебряного кентавра, казалось, сотрясали пол. Взгляд застилали искрящиеся фейерверки, пульсирующие и переливающиеся. Она просто не могла пошевелиться, не получалось, и зеркальное копье застыло над ней, как дамоклов меч. Вдохнув воздух, сквозь пелену слез Гермиона различила рыцаря, храбро бросившегося на ее защиту.
Руки словно одеревенели.
Музыка. Тихая мелодия разливалась по залу, становясь все громче, набирала силу, обволакивала сознание призрачной пеленой. Казалось, битва успокаивается, внимая сладкоголосому пению. Она манила, призывала окунуться в нее, уговаривала, убеждала, обещала. Гермиона сделала шаг, повинуясь зову волшебных звуков и под ботинком вдруг хрустнул осколок зеркала.
Пронзительный визг разорвал пыльное пространство библиотеки.
Он креп и усиливался отражаясь от стен и потолка, наполняя залы чудовищным по силе звучанием. Оконные стекла задрожали, взрываясь от резонанса и зал утонул в багряных лучах закатного солнца.
Девушка зажала уши, падая на пол и зеркальный кентавр, нависший над рыцарем, рассыпался стеклянной пылью. Она спрятала лицо в мантии, чтобы не дышать мельчайшими кристаллическими осколками, но они пролетали мимо, оставляя тонкие болезненные порезы.
Оглушительный взрыв прервал визг.
Голова гудела, кашель раздирал горло. Пасс палочкой и стекло превратилось в водяные капли, стекающие по лицу и волосам, собираясь лужами на полу, отразившими весь ужас и великолепие прерванной битвы.
Гермиона подняла голову и нашла взглядом Геллерта. Ему повезло намного меньше. Он, тяжело опираясь одной рукой, сидел на парящем столе и прерывисто дышал. Одежда превратилась в лохмотья, изрезанная острыми осколками и казалось, он истратил все свои силы, чтобы разрушить заклинание.
Наткнувшись глазами на девушку, он вяло махнул ей рукой.
Гермиона кивнула, осматриваясь.
Одно из зеркал зияло черной дырой, напоминавшей жуткую беззубую пасть. Пущенное заклинание мигом запечатало раму, чтобы больше никакая тварь оттуда не вылезла.
Отвратительный скрежет со стороны другого зеркала привлек к себе внимание.