Заклинание. Еще заклинание. Но звук не становился тише. Рама вибрировала. Зеркальная гладь натягивалась, расплывалась, словно нечто изнутри хотело выбраться наружу и вдруг подернулась мелкими трещинками. Они становились все больше, с ужасающим хрустом разрывая отражение разрушенного зала.
Взрыв.
Фонтан из осколков расплескался по залу, в пыль разбивая лепные барельефы. Волна разрушительной силы оглушительным взрывом пронеслась по залу библиотеки, поднимая в воздух тысячи книжных страниц.
Гермиона рванула к столам, пытаясь успеть добраться до Геллерта, но вторая волна мощным потоком воздуха смела ее на пол.
Паника накрыла с головой, когда волшебника не оказалось на прежнем месте, но слабый оклик из-под самого потолка заставил ее облегченно выдохнуть.
Живой.
Он попытался подняться, но его ладонь соскользнула и стол чуть не перевернулся, чудом удержав равновесие. Ему нужна была помощь, но вдруг запечатанное Гермионой зеркало треснуло, выпуская потоки серебрянной жидкости. Ударная волна смела все на своем пути. Десятки зеркальных копий библиотечных статуй начали появляться в разных концах зала, вступая в битву со стражами библиотеки.
Последнее, что Гермиона успела сделать — окружить волшебника защитной сферой. Ее отбросило на прутья решеток, загораживающих проход в запретные секции. Она не видела что произошло с Геллертом, реальность плыла, покачиваясь из стороны в сторону.
Нужно было сломать решетки.
Если Геллерт был прав, то сработает защитная магия и появятся мракоборцы. Если они попадут внутрь, они с Геллертом смогут выбраться.
Огненная плеть мазнула по прутьям, раскрывая ворота навстречу волшебнице и тут же раздался оглушительный вой сирены.
Сработало.
Мракоборцы будут здесь совсем скоро, времени оставалось совсем мало и нужно было добраться до волшебника, но внезапно в ногу впились серебристые колючки. От обжигающей боли подогнулись колени. Гермиона упала на пол, ударяясь ладонями об усыпанный осколками пол и услышала сзади тихий смешок.
— Поиграем? — улыбалось отражение Геллерта, поигрывая зеркальной копией Старшей палочки и девушке стало по-настоящему страшно.
Она метнулась вперед, сквозь решетки и спряталась за стеллажи. Длинная серебряная пика пронеслась в дюйме от ее головы. Гермиона не глядя пальнула обездвиживающим и чуть не попала под обжигающий язык огненной плети. Чертыхнувшись, она рванула через проход, посылая мощную взрывную волну и высокие шкафы покачнулись, с грохотом падая друг на друга, словно маггловское домино.
Острая игла задела ее щеку, разбиваясь о стену.
Нужно было найти Геллерта, нужно было добраться до него раньше, чем прибудут мракоборцы, но в пылу сражения было не разобраться.
Крохотные стеклянные жаворонки бросались на искусные лица атлетов, пронзая их острыми клювами, выклевывая мраморные глаза. Каменные кентавры бороздили пиками ряды зеркальных отражений. Волшебника нигде не было.
Паника накатывала удушающими волнами.
Гермиона волокла ногу, вытирая кровь со щеки. Не успев отскочить, она ощутила удар и хруст. Невероятная боль пронзила плечо, выбивая из легких весь воздух. Каменный рыцарь, отброшенный хрустальным атлетом налетел на нее, рассыпаясь на части.
Девушка всхлипнула.
Она отползла в сторону, закрывая лицо мантией. Казалось, они будут похоронены среди пыли и осколков.
Сноп золотистых искр пронесся мимо, огибая упавшие стеллажи, присоединяясь к потоку желто-оранжевого света. Казалось, кто-то пробуждает солнце, заставляя библиотеку пылать яркими рассветными лучами.
В самом сердце сражения и разрухи находился Геллерт. Держась за ребра и покачиваясь, он раскручивал золотистый вихрь. Позолота покидала тяжелые багетные рамы, лепные капители и расписные фрески, становясь частью этой бушующей стихии.
Дрожащая рука поднялась вверх и ослепительный столп света рванул ввысь, пробивая окулюс и обрушивая тяжелую конструкцию вниз.
Ее щит окружил их всего за секунду до того, как железные перекрытия рухнули на пол, на время положив конец битве стеклянных чудовищ и каменных защитников библиотеки.
Геллерт упал на колени. Магия заклинания истощила его до предела, но он должен был вытащить их из этого ада, ведь он поклялся. Если не ей, то самому себе.
Он искал ее взглядом, но в зале было почти ничего не видно. Приступ кашля заставил согнуться от боли.
Белоснежный патронус — крылатая выдра метнулась к нему, словно путеводная нить, и волшебник последовал за ней, трансгрессируя к Гермионе.
Его пальцы сомкнулись на ее запястье и пространство сжалось, унося их прочь из библиотеки.