— Если ты пришёл просить руку и сердце Налима, то сперва стоило бы поинтересоваться у него самого. Мне кажется, он всё-таки не из этих, — произнёс я, поднимаясь на ноги. Даже улыбнулся. Кто виноват, что улыбка больше походила на оскал?
— Пытаешься скрыть растерянность за сарказмом, — понимающе кивнул Лука. Голос нежданного гостя сквозил участливым безразличием выгоревшего на работе психолога. На лице блуждала лёгкая улыбка, в остальном не дрогнул ни один мускул. — Я мог бы отпустить его, но, поверь, получится только хуже. Правда ведь? — встряхнул он Налима. Легко, как вытряхивают от моли старое пальто. Какой же там параметр силы…
— Только отпусти… Драть! Я тебя на вырезку настрогаю, бычара недоеный, — заголосил вдруг пришедший в себя пройдоха.
— Вот видишь, — равнодушно пожал плечами бугай и будто случайно приложил вопящего недоумка головою о камень.
— Оставь его и переходи к делу, — теперь я был серьёзен. Искал варианты и не находил. Однорукий копейщик, огородное пугало с тесаком и мечник без привычного оружия под рукой. В тесном пространстве каменного мешка этот орангутанг размажет нас тонким слоем.
— Это верно. К делу, — согласился Лука и, наконец, расстался со своей ношей. У Налима тут же подкосились ноги, разница в силе между ними была удручающей. Больше человеческого предела? Вероятно, что так. Я скосил взгляд. Навух, обнажив копье, прижимался к стене. Боится, но хотя бы не голосит благим матом. Между тем здоровяк прокашлялся и официальным тоном объявил: — Линч, тебя хотят видеть на Совете.
— Кто хочет?
— Кто хочет, тот и увидит, — безразлично пожал плечами Лука. — Пойдешь сам, или мне тебя заставить?
Тени за спиной ублюдка сгустились. Отливающее чернильным мраком лезвие катаны взметнулось… И поразило лишь воздух. В следующую секунду Заступника снова не стало. Если бы на месте моего фамильяра оказался живой человек, ему оторвало бы голову. Кулаком. Он развоплотил его ударом руки. И ловким, слишком ловким для таких габаритов движением поймал оставшуюся после него оружейную карту, не дав ей упасть на пол. А затем отправил в карман. И хуже всего, что я не имел морального права злиться, потому что сам на его месте поступил бы с точностью так же.
— Ты не мог не попробовать, верно? — он словно читал мои мысли.
— Верно, — я улыбнулся и взмахом руки остановил несмело дёрнувшегося вперёд Навуха. Это была демонстрация силы во всех мыслимых смыслах. А теперь уже поздно махать кулаками, без Заступника шансы упали до околонулевых. Что ж, принимать поражение тоже нужно уметь. Я убью его позже, когда пойму, как он вообще сделал то, что он сделал. А пока: — Твои доводы оказались достаточно убедительны. Я готов предстать хоть перед Советом, хоть перед самим Сатаной.
Глава 5 «Словом и делом»
Совет расположился в живописной пещере с высокими сводами, украшенными люстрами магических минералов. Ступенчатые каменные террасы придавали ей схожесть с подземным амфитеатром. Смердело сыростью. Влага сочилась сквозь невидимые трещинки в камне, собираясь на остриях свисающих с потолка сталактитов, прежде чем сорваться навстречу земле. Вот только с приходом сюда игроков гармония застывшего в камне великолепия была грубо нарушена. Прямо на пути водной капели в специально сделанных выемках размещались два десятка системных фляг для сбора воды. До обустройства полноценного акведука, видимо, пока не дошло.
Пещера не пустовала. Не больше дюжины игроков без особого комфорта располагались вокруг примечательной конструкции, похожей на Стоунхендж и круглый стол одновременно. Роль стола исполняла мшистая, почерневшая от времени гранитная плита метров трёх в диаметре, намертво вросшая в скальное основание и напоминавшая срубленную под корень колонну. Каменюки поменьше, предусмотрительно расставленные на равном удалении вокруг плиты, могли бы послужить вместо стульев, если бы кому-то пришло в голову морозить седалище на голых камнях. Хотя, посадочных мест всего шесть, а значит, сомнительная честь была уготована не для каждого.
Часть присутствующих на Совете игроков я знал, некоторых видел впервые. Впрочем, новичков среди них точно не было. Сунь стоял в компании Марико и Хун Луна. На отстранённом лице китайца блуждала загадочная полуулыбка. Рич, молодой парень с растрёпанными волосами и дерзким взглядом даже в гордом одиночестве казался хозяином положения. Лазарь, странный человек, чьё лицо закрывала деревянная маска-личина, зло щурил ярко-голубые глаза. Рядом с ним застыл в напряженной позе Рикон. Только Адам, встретив мой взгляд, ободряюще подмигнул. Манул что-то шепнул британцу, тот согласно кивнул в ответ и криво ухмыльнулся, покосившись на Гаспара.