Карта выцвела и потускнела, второй раз использовать её по прямому назначению уже не получится. Однако Гаспар не соврал, системный путеводитель и вправду многое мог прояснить. Тыкаться, как слепые котята в темноте, больше не нужно — географическое расположение как Энерго-пилонов системы защиты, так и главной цели всей миссии перестало быть тайной. В нашей зоне ответственности имелось сразу два Пилона, а Управляющий Терминал располагался в самом центре локации, только на уровень ниже…
— Как вы можете видеть, — продолжил Гаспар, — Путеводитель обозначил это место как один из технических спусков на нижний ярус локации. Напоминаю вам, что главная цель нашей миссии не в том, чтобы гоняться за кобольдами.
— Защитная Формация никуда не делась, Гаспар, — резонно заметил китаец.
— Я думаю на перспективу! Область Тьмы, как назвал её Линч, для спуска непригодна. Парадный вход слишком хорошо охраняется, мы положим там всех, но ничего не добьёмся. Поэтому я предлагаю организовать экспедицию здесь. Перебьём троглодитов, а заодно проведём разведку боем. Пусть от каждой фракции пойдёт, скажем, пять человек. Тридцать игроков. Опыт нужен всем, но отправить больше — значит ослабить оборону наверху.
— Я стану на защиту лагеря, с вами пойдут другие! — безапелляционно прогудел из-под маски Лазарь.
— Конечно. Идти или нет, каждый решает сам…
— Провизии надолго не хватит, — напомнил Рич. — У многих ветеранов остались пайки, но вода всё равно быстро закончится. Если задержимся в этой дыре, придётся экономить на всём. И тогда люди скажут, что мы отсиживаемся, вместо того, чтобы действовать!
— Господа, в экономии припасов нет необходимости, — вскинул руку Гаспар. — Этой ночью мы проверим спуски на нижний ярус, а затем — вернём Базовый Лагерь обратно!
Глава 6 «Воспитательная работа»
Совет длился ещё не менее часа. Благо, под конец накал страстей несколько поутих, делегаты выдохлись, и обсуждение свернуло в более конструктивное русло. За основными моментами последовали второстепенные, затем технические. Требовалось обговорить детали предстоящей авантюры, определить очерёдность несения дозоров, правила взаимодействия фракций. Придумать пароли и явки, назначить ответственных, наказать невиновных, наградить непричастных и многое, многое другое. В итоге закончили сильно за полночь по земному времени. Знал бы, на какую каторгу я подписываюсь, послал бы всех к чёрту.
Ладно, это я так… Просто голова болит. На самом деле место в Совете — это место у кормушки, и отказываться от него было бы, по меньшей мере, глупо. Глупым я себя не считал. Однако понимание правильности своих действий отчего-то нисколько не поднимало скатившееся куда-то под плинтус расположение духа. Сырость и холод каменных коридоров, нарастающая головная боль, шалящее восприятие, божественное задание, свалившееся на больную голову, как снег в июле. Да ещё Совет подкинул забот.
Впрочем, задание по объективным причинам откладывалось. Устранить Гаспара в лагере под присмотром его покровителя и многочисленных нянек… Можно. Но в таком случае мне и самому останется жить два понедельника. Демос спустит на меня всех собак. Нет, в лагере Первожрец под защитой, но так будет не всегда. У Божественного Маяка должно быть время перезарядки или что-то в этом же роде. Носить его на манер походного знамени, смею надеяться, просто не выйдет. А Лука… С ним я тоже что-нибудь да придумаю. Потом. Когда перестанет трещать голова.
Пока же имелись у меня заботы и более неотложные, в группу требовался пятый игрок. Кроме того, лично мне требовался подходящий меч. И, как ни странно, оба этих вопроса вели в головную пещеру, встречавшую гостя, вместо привычного разноголосия и суеты, кое-чем необычным — Исайа вёл проповедь. Хотя, как по мне, больше походило на подстрекательство к мятежу:
— Они не боги, нет! Они дьяволы! Истинного Бога разве уместить в теле человеческом? Ежели бог устами смертными говорит с тобой, искушает тебя, требует душу твою — это дьявол искушает тебя!.. — голос взобравшегося на каменное возвышение проповедника гремел, достигая самых дальних закоулков пещеры. Я впервые видел, как проповедует Исайа, и не узнавал в этом человеке того развязного шутника и богохульника, что встречал ранее. Жесты, осанка, голос… В рассеянном холодном свете магических софитов, в хороводе теней, в полутьме продуваемой ветрами холодной пещеры впору было подумать, что в черномазого вселился какой-нибудь демон. Или ангел, учитывая обстоятельства и содержание провокационных речей.