Да и куда мне спешить? Естественное восстановление выше верхней планки резерва не прыгнет, а источники дополнительной маны прилипали к рукам в гораздо меньших количествах, чем я мог бы потратить. Жажда силы толкала под руку. Ведь, надо думать, здесь работала та же схема развития, что и с другими параметрами, так сказать, имманентно присущими человеку. Однако за счёт цифрового показателя маны процесс роста ощущался гораздо более наглядно, и это подкупало. Теперь я понимал Рича, горестно вздыхавшего от необходимости делить трофейные камни с не-магами. Впрочем, ничто не мешало выменивать их обратно на мусорные карты, пустышки, оружие и прочие блестящие безделушки.
— Удивительно, не правда ли? — Жрец Дэйты встал рядом, задумчиво глядя сквозь пелену ливня.
— Что именно кажется тебе удивительным, Сунь? — уточнил я, лениво скосив глаза. На лице китайца промелькнуло мимолётное недовольство. Надо думать, от того, что «внезапное» появление не возымело на меня должный эффект.
— Лаккона, — пояснил тот. — Она словно живое существо: защищает себя, реагирует, борется.
— Продолжая твою аналогию, придётся задаться вопросом: кто мы для этого мира — вирус или лекарство?
— Тогда, может, вакцина? — уголки тонких губ тронула лёгкая улыбка.
— Не знаю, — равнодушно пожал я плечами. — Ты мне скажи…
Китаец негромко вздохнул:
— Стоит ли нам и дальше ходить кругами? Ты ведь обо всём догадался, верно?
— О том, что каждый из вас, хитрованов, ведёт свою игру? Знал с самого начала. О том, что, продвигая свой замысел, отплясывал под твою китайскую дудку? Честно сказать, не сразу. Впрочем, удар вышел смазанным. В дураках остался только Лазарь, а ему к этой роли не привыкать.
— Каждый из нас играл свою роль, приближая победу. Просто мой план был несколько более… многогранным. И нужно отметить, ты справился просто блестяще. Теперь нам следует не враждовать, а срывать плоды победы, покуда они не сгнили на ветках.
— Твои слова греют мне душу.
— Ты врешь, — мягко пожурил китаец. Я усмехнулся:
— А ты нет?
— И я тоже, когда это необходимо. Хочешь правды? Правда в том, что иначе было нельзя. Судьба ходит извилистыми тропами. Но правда также и в том, что в этот раз я принёс не только слова.
— Бойтесь китайцев, дары приносящих, — пробормотал я. Сунь оживился:
— Любопытное выражение, — отметил он. — Откуда оно?
— Бес его знает. Кажется, кто-то из классиков.
— Написавший эти строки был мудрым человеком, но плохо знакомым с обычаями Поднебесной. Войне и предательству мы всегда предпочтём мир и сотрудничество во благо обеих сторон.
— Возможно, он просто не переносил вашу манеру вести дела?
— Что ж, вынужден признать, серьёзные вопросы у нас принято обсуждать за бутылочкой байцзю где-нибудь в ресторане. Однако ситуация, сам понимаешь, не располагает к долгим прелюдиям, поэтому с твоего позволения… — Собеседник прервался, проследив за моим взглядом. Косая стена дождя расступилась, явив силуэт игрока. Закопчённая экипировка свисает рваными тряпками. Остатки волос мокрыми космами липнут к худому лицу, исполосованному бороздами запёкшейся крови. Вместо ногтей — багровеющие струпья воспалённого мяса. Зато уровень скакнул с третьего разом до пятого. Даже отчасти завидую. Манул хмуро кивнул нам и, ни слова не говоря, скрылся в недрах пещеры.
— Чудовищный навык, — упавшим голосом проронил Сунь. — В конечном итоге он либо погубит его, либо вознесёт на вершину.
— Если раньше не всадят нож в спину, — отрезал я. — Так на чём мы остановились?
— Наша небольшая договорённость… Магический дар, увы, не попадался мне на глаза. Но раз уж мы говорим откровенно, случись иначе, я бы всё равно не стал отдавать настолько редкую карту.
— Достаточно откровенно, — сухо произнёс я. — Тогда о чём речь?
— Как насчёт Выведения токсинов (E)? — неожиданно предложил Сунь. И, как будто бы извиняясь, добавил: — Доступ к Терминалу, это лишь вопрос времени. Если желаешь, я могу приобрести для тебя этот навык и даже помочь с его насыщением.
— Это какая-то восточная шутка?
— А разве ничего не щёлкнуло в голове? Не сложился какой-нибудь пазл?
— Например? — скучающе поддержал я, устало массируя веки. Ничто в моих словах или облике не должно было выражать заинтересованности. Разум же в авральном режиме перекапывал задний двор памяти в поисках подходящих случаю взаимосвязей. Китаец никогда ничего не делает и не говорит просто так…