— Берегись!
Почувствовавшая что-то Афина прыгнула вперед, заключив меня и себя в кокон защиты. А в следующее мгновение стала понятна причина ее беспокойства. Джамалу надоело изображать из себя манекен для отработки магических приемов.
Чудовищный магический всплеск сначала в пыль разнес окружающие мага враждебные чары, а потом взорвался двумя десятками молний, каждая из которых была в состоянии расколоть небольшую гору. Я не успел даже испугаться, когда три молнии врезались в магический барьер Афины и воительница зашипела и выругалась. Помимо разрушающей силы, колдовство Джамала несло в себе изрядную порцию боли, и именно она смогла просочиться сквозь защиту.
Основная же часть атаки Джамала обрушилась на Прометея, Ареса, стоящую за его спиной неизвестную мне красотку и циклопа. Особенно циклопа. Не знаю, по какой причине минимум восемь молний выбрали для атаки именно великана. Из-за размеров, не иначе. Однако Бронту пришлось срочно защищаться. Магическая дубина притянула и впитала в себя несколько молний, отчего почернела и треснула, а вот остальные смогли добраться до самого циклопа.
Во все стороны брызнула кровь и великан взревел от боли. В окутывающих его шкурах появилась здоровенная проплешина, внутри которой виднелась потемневшая дымящаяся плоть. Но если кто-то думал, что подобное заставил великана отступиться, то зря. Ранение только лишь разозлило его еще сильнее.
Видимо, решив, что пропускает все веселье, Прометей метнул в Джамала ослепительное копье, в котором я уловил гремучую смесь из магии Жизни, Огня и Воздуха. Подозреваю, что у этого заклинания даже нет названия. Вот только Джамал не зря меня пугал своей мощью. Он просто выставил навстречу смерти раскрытую ладонь, и атака рассыпалась безобидными искорками.
-Тебе не кажется, что самое время предоставить им поубивать друг друга? — горячо шепнул я на ухо Афине и тут же по ее взгляду понял, что богиня придерживается такого же мнения.
Вот только смыться мы не успели. Со стены Кидонии сорвалась золотистая стрела. Со свистом разрезав пространство, она врезалась в уплотнившийся щит Джамала, не причинив тому вреда.
— Да чтоб тебе пусто было, тварь золотоволосая!
Попадись мне сейчас под руку Артемида — придушил бы голыми руками.
Джамал сплел огромный, накачанный силой бирюзовый кристалл, метнул в Прометея, отчего тому пришлось закрыться многослойной защитой, одной рукой перехватил копье подскочившего к нему Ареса, толкнул от себя и бог войны отлетел в сторону, словно тряпичная кукла. И лишь затем посмотрел на валяющуюся у него под ногами стрелу, перевел взгляд вначале на стену, затем на меня. Два бесноватых вихря в его глазах не передавали никаких эмоций, но я все же понял, что предложение мирного договора аннулируется:
— Что же. Пусть будет по плохому.
Достал из кармана небольшой голософон, нажал пластину:
— Атакуйте. Не щадить никого.
В следующее мгновение он выставил между собой и Прометеем мощную, сотканную из беснующегося, уплотнившегося воздуха, стену.
— С двух сторон!
Я рванул влево, разрывая дистанцию между собой и Афиной. Если я что и успел понять за последние несколько минут, так это то, что на голой силе, атакуя в лоб, Джамала не взять. Слишком силен. В кармане требовательно завибрировал голософон связи с Актеоном, но отвечать я не стал. Не маленький, сам разберется. Любая заминка сейчас для меня автоматически означает смерть.
— Пожалуй, так даже у лучшему. Решу все вопросы разом. — голос Джамала по-прежнему не выражал никаких эмоций, словно он тут прогуляться вышел, а не вступил в схватку с самыми могущественными существами Элладиса.
Пожалуй, именно это пренебрежительное равнодушие и вызвало во мне волну злости:
— Слишком много болтаешь, ублюдок. Афина, бей!
В своей атаке я использовал Метеоритный дождь, придал ему форму старого-доброго земляного снаряда, а в довершение подчерпнул из клинка концентрированной злобы и ненависти истинного создания смерти. И обрушил все это на врага.
Земля под ногами дрогнула, а затем разорвалась в десятках мест. Огромные камни, вырываясь из почвы под ногами, взмыли вверх, раскалились и рванули к Джамалу. Узконаправленный град из раскаленных, под завязку наполненных огнем и смертью снарядов обрушился на ненавистного ублюдка всесокрушающим тараном. Да и Афина даром времени не теряла. Прямо из воздуха появился десяток крупных магических сов, которые принялись разгоняться и бомбардировать Джамала. Врезаясь в его щит, птицы взрывались голубоватым пламенем, отчего его защита тускнела на глазах.
Вот только даже такой слитной атаки оказалось мало. Чертов ублюдок просто отшагнул назад, выйдя с линии атаки, оставив вместо себя ледяную обманку, которая в точности повторяла его ауру. Просуществовала она не больше трех секунд, разлетевшись мелким крошевом, но этого вполне хватило, чтобы все совы разбились о пустышку, а Метеоритный дождь иссяк.
Таранный удар ледяного, плотного словно гранит ветра сбил Афину с ног и протащил по земле несколько метров. Я смог устоять лишь благодаря Янтарной сфере, усиленной изрядной долей огня.
— А ты не так прост, пес! — впервые в голосе Джамала прозвучало что-то похожее на раздражение. Его одежда местами обуглилась и дымилась, но каких-то серьезных повреждений я не заметил.
Он стянул с себя перчатки и я увидел, что его руки состоят не из плоти, а как будто из морской воды. Вытянув левую ладонь вперед, иерофант провел ей сверху вниз. Подчиняясь его воле, в пространстве образовалась узкая полоска разрыва, от которой так и тянуло соленым морским воздухом.
Не понял, он что, пробил выход на иные планы что ли?
Но закончить ему не дали. Воздвигнутая Джамалом стена совсем по человечески, только в десять раз громче, взвизгнула и развеялась.
— А вот теперь я по настоящему зол!
Прометей со сверкающими от ярости глазами занес руку и в его руке появился черный человеческий череп, доверху наполненный магией смерти. Взмах и череп, воя, словно сотня грешников, врезался в уже готовый раскрыться проход. Вложенные в него силы выплеснулись, оскверняя и убивая разлом.
— Я уже понял, с кем ты заключил сделку, смертный! Обитатели иных планов обвели очередного идиота вокруг пальца. Знай — они тебе не помогут!
Я увидел, как заколебался Джамал. Кто знает, чем бы все могло закончиться, но все испортил циклоп. Раздосадованный собственными неудачами, он вновь взмахнул изрядно потрескавшейся дубиной.
— Бронт, сука! Какого хрена ты творишь?! — заорал Прометей.
Но было поздно. Джамал успел закрыться от атаки и тут же атаковал сам. Возле головы великана возникли две бирюзовые ладони — точные копии рук Джамала. Они обхватили голову одноглазого и начали давить.
Как же он заорал! Но в этот раз не с яростью и злобой, а от боли. Я видел, как из его рта и носа хлынула кровь, единственный глаз выпучился, а через мгновение голова циклопа лопнула, словно перезрелая вишня.
— Никто из вас мне не ровня! Однако я слишком долго воевал в одиночестве. — Джамал небрежно стряхнул остатки магии с ладоней.
Словно подтверждая его слова, раздался нарастающий гул атакующих боевых порядков спартанцев, выполняющих волю своего господина.
В кармане вновь завибрировал голософон, но в этот раз я не стал его игнорировать:
— Актеон! Готовиться к отражению атаки!
— А как же ты, Муилан? — с тревогой спросил старый друг.
— А я прикрою вас отсюда. Готовьтесь!
Я покосился на подошедшую сзади Афину. Воительница оправилась от удара, встала справа, чуть прикрыв меня золотистым щитом. Кажется, богиня, как и я, собралась биться до конца.