— Все-таки решил убиться! — сказала Настя, уперев руки в бока.
— Мы даже не знаем, что искать. Найди то, не знаю, что — мы же не в сказке? — вставила Лена.
— О, это решаемо. Тут есть люди, которые знают. Попробуем зарисовать, выучить описание. Не перепутаем.
— Мне все равно непонятно, зачем так рисковать своей и чужими шкура и лезть туда. — не осталась в стороне Настя.
— Потому что если старый граф так скоропостижно умрет, то мы станем козлами отпущения. И, кто-нибудь, позовите сюда Элизабет из лазарета.
— Добрый день! — раздалось через минуту, когда девушка подошла к нам.
— Добрый-добрый. Ты лучше скажи, знаешь ли ты, как выглядит этот эсфиратус и как его правильно добывать, как доставлять. Можешь ли зарисовать?
— Это куст, растущий в затененных местах, высотой до метра, с красными прожилками на листьях, листья вот такой формы, — она нарисовала на листке бумаги форму листа, — Когда срезаешь, выделяет красный сок, похожий на кровь. Любит расти на болотах.
— Отлично! Теперь цель становится яснее. Осколок на нашей тропе еще не восстановился, кстати?
— Нет, все тихо. — ответил мне брат.
— Значит, пойдем через соседей. Торвальд, ты идешь с нами, чтобы нас пропустили. Тебя устраивает такое?
— Конечно же!
— Хорошо… еще идут Богдан и Дима. На этом моменте список — всё.
— Всего трое? Против всех демонов? Свихнулся? — подскочил брат.
— Ни в коем случае. Нас трудно убить, а вчетвером мы имеем шансы проскочить, чего не скажешь о толпе, двигающейся с грацией картошки. Так что идем втроем, но уже завтра. Сегодня я хочу обнять сына, помыться, покушать и провести с ним как можно больше времени.
— Вот редко я с тобой соглашаюсь с первого раза, Сахаров, но сейчас ты прав.
— Я всегда прав, жена! Кстати, если нам обоим нужно в душ, почему бы и не совместить?
— Не заслужил ты еще «потри спинку», озабоченный.
Глава 28
Снова в пути
— Папа! — Ваня с разбегу запрыгнул мне на шею, когда я, помытый и снявший доспехи, зашел в нашу «школу».
Я счастливо засмеялся и аккуратно подкинул сына к потолку, поймав и снова обняв.
— Привет, мой хороший. Скучал?
— Очень! Все скучали! И Сарделька, и Потапыч, и даже Черныш!
— Ха-ха! Расскажешь мне, как ты тут провел время? — спросил я, выходя на улицу и сажая сына на плечо.
— Конечно! Мы столько крутого сделали! Меня хвалили… — сын на секунду замолчал, а затем закричал: — Мама!
— Родной мой! Как же долго я тебя не видела. — зашептала Настя, прижимая Ваню к себе и целуя. Сын тоже обхватил ее руками за шею и счастливо улыбался.
— Ты такая красивая, мама!
— Это ты у нас по-настоящему красивый. Ох, милый мой… Мама тебя больше не оставит, никуда не уедет и не уйдет. — бормотала она, покачиваясь из стороны в сторону с сыном в руках.
— Мама, папа, пойдем! Мне надо столько вам показать!
— Сейчас пойдем! — ответил я, забирая сына у жены и сажая его на плечи.
— Ха-ха-ха! Туда! — радостно засмеялся и скомандовал Ваня, указывая рукой в нужную сторону.
Его пальцы обхватили меня за голову и зашагал, чувствуя тепло моего сына. Сегодня вечер будет посвящен только ему. К нам подбежал Сарделька и начал тереться рядом, выпрашивая почесушки.
— Это я его позвал! Смотрите, как он вырос! — радостно закричал Ваня.
А посмотреть, и правда, было на что — в собачке весу было уже явно за сотню, а в холке он доставал мне до пояса.
— Я попросил дать мне сделать его сильнее! И дядя Дима разрешил! Сарделька сражался! Дядя Дима сказал, что он получил два уровня! А я — один!
— Дядя Дима разрешал тебе драться? — с рокочущими нотками в голосе спросила Настя, с трудом сдерживая гнев.
— Нет, только Сардельке!
— Значит, часть поглощенной им энергии переходит к тебе… — задумчиво сказал я, смотря на собаку.
— Сарделька делится со мной! Он — хороший! А еще он меня катает, как лошадка! Смотри! Пап, поставь меня!
Я вернул сына на землю, и он подбежал к псу. Тот припал брюхом к земле, позволяя сыну залезть ему на холку и схватить за уши. Потом медленно поднялся, давая сыну обхватить его бока ногами и плотнее прижаться.
— Смотрите, мам, пап! Он как пони! Только еще лучше!
— Да, это, и правда, здорово! — подтвердил я, смотря как пес прогуливается вокруг нас кругами, неся на себе Ваню.
— Дима выхватит так, как никогда не выхватывал. Он позволил ребенку участвовать в войне! — тихо прошипела мне в ухо Настя.
— Он не так уж неправ. Лучше пусть наш сын получит пару уровней сейчас — так у него будет больше шансов потом.