— Ф-ф-ш… — Наследник глубоко и шумно вдохнул носом, раздувая грудь, — Интересно, кто же это так осмелел, что решил перехватить всю партию? Как это случилось? Говори!
— Я не видел, господин, я… был в туалете. Это меня и спасло — чужаки не стали проверять его. Сначала коротко закричал караульный, потом раздались крики из дома. Закончилось все очень быстро — прошло всего с сотню ударов сердца, как стих последний из них… Дальше чужаки обыскали территорию и ушли. И, господин… мне показалось, что они говорили на человечьем!
— Пф-ф! Что за вздор, низший! Хотя… и младший братец со своей сопливой невесткой задерживается… Должен был уже давно приехать, что ему тут ехать-то, из соседнего города… Странно, странно… Вот что. Оставайся тут, низший. К тебе пришлют воинов и чиновника — опишите все, что пропало и каков ущерб. Как скоро можно вернуть плантацию в работу и как скоро она снова начнет приносить прибыль. Насколько я вижу, посадки не повреждены. А мы прогуляемся… Человеки, да? Что ж… Воины! Направляемся к переходу на их остров. Зоридж, ты — бегом к отцу и пусть поднимает самых лучших в погоню!
— Слушай, жрать уже охота, сил нет. И хочется мяса, каши какой, на худой конец. Не могу я уже сникерсы жрать! Давай привал сделаем, да поймаем кого, пожарим. Соль есть с перцем, ну! — Выдал Дима, когда мы засели в очередной рощице и оглядывали округу, пытаясь высмотреть признаки врага.
Я прикинул — двигались мы перебежками уже около восьми часов, преодолев километров шестьдесят из трехсот. Поселений рядом мы не заметили. Признаков погони видно не было. По всему выходило, что небольшая задержка никак нам не навредит. А поймать местный вариант оленя для нас проблемы не составит. Да и пленников развязать и покормить не помешает — мы таскаем их уже чуть ли не сутки…
— Располагаемся. Богдан, сходишь на охоту? Перед рощей мы как раз распугали живность, выбери кого-нибудь из них и колом приголуби, хорошо? Потом тащи сюда.
— Не вопрос. — Богдан поднялся с бревна и потрусил в обратном направлении.
Я выбрал небольшое дерево посуше и срубил его несколькими ударами, счистил ветки, покромсав их поменьше, порубил ствол. Сложил ветки в костер.
— Дим?
— Ща. — брат пульнул огоньком с пальца в сложенные дрова и те занялись веселым пламенем, потрескивая и пуская в воздух струйку дыма. Вроде бы, дымило не сильно, потому заметить нас издалека не должны были.
Я подошел к нашим пленникам:
— Хашемин. Я сейчас вас развяжу, но не вздумай выкидывать фокусов. Твои мечи у меня, а твоя жизнь и жизнь твой жены столь хрупки, стол уязвимы… Ты понял меня?
— Да, я понял. Развязывай, человек.
— Вот и ладушки, вот и хорошо. Ох и навязали… Мда… Так сразу и не сообразишь, как тебя развязать… Ага, вот. Вуаля. — я сделал шаг назад от разогнувшегося из позы «буквой зю» демона. Он же выпрямился на земле и застонал. Да, могу себе представить… Тут даже его плюс-минус пятидесятый уровень не избавит от всего букета ощущений полностью. Подошел к девчонке и развязал ей руки и ноги. Та с шипениям принялась растирать конечности. Демон, услышав такие звуки, собрался и подполз к ней, взял ее ноги в свои руки и начал растирать, что-то ей приговаривая на своем языке.
— Нгоро, — вполголоса обратился я к нашему спутнику, — что он говорит?
— Ерунду всякую. Утешает. Что, мол, все хорошо будет. — Отмахнулся наш загорелый друг.
— А, ну и фиг с ним тогда. Но ты все равно прислушивайся.
— Само собой.
Успокоенный, я отошел к костру и принялся копаться в наших припасах, вытаскивая на свет соль, перец, воду, ножики. Тарелок-вилок мы не взяли даже одноразовых, но ничего, будем есть прям с шампура. Кстати, о них. Я взял заранее отложенные прямые веточки и начал срезать с них кору ножичком, заодно заостряя. Потом подготовил «мангал», воткнув в землю четыре рогатки и положив на них две ветки потолще. На эти ветки мы потом положим прутья с мясом и будем вертеть по мере необходимости. А когда спустя двадцать минут Богдан притащил антилопу, или как там этот зверь здесь называется, наш пикник начал обретать законченный вид. Снимать шкуру по всем правилам на было не с руки, да и незачем, потому мы ограничились тем, что вырезали самые аппетитные куски мяса с бедра и лопатки, что, в общей сложности, потянуло бы килограмм на шесть. Я ополоснул руки водой из фляги и приступил к готовке. Нарезав эти шматки мяса на кусочки грамм по сто, что хоть и было крупновато, на мой вкус, но вполне нам подходило, я стал натирать их солью и перцем, нанизывая затем на прутья и выкладывая пока сбоку от огня. Угли там пока были неподходящие — да и огонь плясал вовсю, испортить шашлык в таких условиях — плевое дело.