— Маша! Командуй стрелками! Настя! Сейчас будет выстрел!
— Ловлю, ловлю! — приговаривала Настя, вцепившись взглядом в летящий к нам булыжник. Метров за пятнадцать до нас перед ним возникло силовое поле, останавливая каменюку и сбрасывая вниз.
— Много еще так сможешь? — обратился я к ней.
— Штук десять, не больше. Вымоталась, знаешь ли…
— И то хлеб. Маша, где залп?
— Сейчас! Три, два, раз… огонь! — Маша и сама выстрелила, используя первый Настин блочный арбалет.
В этот раз залп вышел куда кучнее, поразив сразу четверых орков около катапульты. К сожалению, погиб только один, словив стрелу в глаз, остальные отделались ранениями разной степени тяжести. Орки активно шевелились все это время, подтаскивая со своего осколка снаряжение. Вот и следующий наш залп встретили уже двухметровыми щитами на опорах, Который подтащили и поставили перед катапультой. И раны заработали только двое из обслуги осадной машинерии, притом, явно для них не смертельные. И, все-таки, стрельба не была бесполезной, так как мы смогли задержать выстрел минут на пять, не меньше. Настя отбила очередной камень. Арбалетчики продолжали стрелять, пытаясь достать хоть кого-то за щитами. Получалось, наверное, только у Маши, использующей бронебойный выстрел каждый раз и просаживающей своими болтами осадные щиты насквозь. Когда два раза арбалетчики выстрелили без результата, я приказал перенести стрельбу на солдат противника и спрыгнул вниз.
— Михалыч! Срочно нужна доска пятидесятая, шесть метров, и для нее арка из бруса, будем свою катапульту делать! Готовь материал, я за ведром! Бери всех, кого надо!
Оббежав дом, сунулся в сарайчик, который мы сделали для инструментом и схватил оцинкованное ведро. Когда вернулся, Михалыч успел притащить только доску, так что брус мне пришлось носить самому.
— Бензопилу давай! Быстрее! — крикнул я ему.
За стеной раздался глухой стук от упавшего на землю камня. «Пятый» — посчитал я, помня о Настиных десяти.
— Чем помочь? — к нам спрыгнули Дима и Клеймор с Нагинатой.
— Да, Порежьте брус по два метра! И трубу пятидесятую, там два с половиной надо! Бензопилу Михалыч несет!
— Зачем? Тебе если точность не очень нужна, то можно вот так. — с этими словами Клеймор рубанул по сотому брусу, разрезая его на две части, одна из которых была как раз около двух метров.
— Нет! Сгодится и так! Быстрее! Собираем раму на земле, на нее ставим два равнобедренных треугольника с третьим брусом вертикально по центру! Михалыч! Тащи бур по диаметру трубы! Мужики, быстрее, сколачиваем!
Мы застучали молотками, забивая двухсотые гвозди в брус. Через три минуты каркас был готов, а Михалыч стоял ряд с мощнейшим аккумуляторным перфоратом, который мы только нашли в строительном.
— Давай! В центральный брус, отступив сантиметров десять от верхушки! Там, где его по бокам два держат!
Еще один камень бухнул в землю, а сверху донесся голос Насти:
— Сахаров! Еще два и все, меня выносите! Не дай им разрушить наш дом! Слышишь?
— А я, мать их так, чем занят… — буркнул я под нос, отрезая от толстой доски, которая будет у нас рукой самопальной катапульты, где-то метр, чтобы немного уменьшить рычаг. Все-таки, сомневался я в прочности такого изделия… Но это лучше, чем ничего. Наконец-то Михалыч закончил сверлить в брусе и я тыкнул ему пальцем в место на доске, которое надо было просверлить. Сам же сбегал за сантехнической смазкой в бытовку и щедро даванул в каждое просверленное отверстие.
— Вставляйте трубу, но до конца не задвигайте! Нужно будет еще доску одеть! — сказал я мужикам. Сам же рванул приделывать ведро к доске. Молотком прибивать его было неудобно и я, в итоге, просто задавил их ладонью в стену ведра и в дерево доски. «И почему я раньше так не делал?» — задал сам себе риторический вопрос.
— Все, вставляем… вот так… сделано! Пару бутылок зажигалки в корзину и запалите их!
— Готово! — крикнул Дима через пару секунд.
— С Богом! — сказал я и резко дернул на себя короткое плечо рычага катапульты, заставляя четырехметровый кусок доски аж свистнуть в воздухе, отправляя горящие гостинцы в сторону орков и тормозя короткий конец рычага своим же пузом.