— Хуже, господин! Крепость пала! Осколок схлопнулся! Дозорные подтверждают небольшое расширение границ основного осколка!
— Что⁈ Как⁉ Паладин… Хр-р… СГНОЮ!
Хрустнули, разлетаясь на щепки, сжатые в могучих руках подлокотники кресла.
Глава 15
Дружественный визит
— Блин, брат, я тебя о многом прошу что ли? — смотрел на меня, набычившись, Дима.
— Нет, это я тебя прошу о многом! Останься здесь за старшего, собирай турбину, следи за порядком и за безопасностью наших детей! Вот что важно! Это может занять несколько дней!
— За безопасностью и Настя посмотрит, её оставляй!
— Если возникнет новая опасность, я бы предпочел видеть тебя на стенах. Тебя убить, знаешь ли, гораздо сложнее. Оставляя наш дом на тебя, я могу быть уверен, что он останется цел.
— Ар-р… ладно. И правда, займусь паровой машиной. В конце концов, наша маленькая ТЭС сама себя не построит, не правда ли?
— Отлично! Спасибо! — я хлопнул его по плечу и подошел к уже готовой к выходу группе, состоящей из разведчиков и Насти. Я решил никого с собой больше не брать, чтобы не ослаблять оборону. Хотя желающих было… да все! И Диму я оставил на хозяйстве не потому, что он такой сильный и незаменимый. Точнее да, и поэтому тоже, но я хотел немного его уколоть после того, как он уже не единожды игнорировал приказы, действуя по-своему, подставляясь сам и угрожая нашим планам.
— Выходим, ребята. Сколько отсюда пешим ходом до цитадели графа? — поинтересовался я у Янсена.
— Всего около шести-семи часов, сэр! Два осколка со сложным рельефом, потом наш форт, после него еще два осколка и мы выйдем к графству, после чего около трех часов до цитадели.
— Погоди… это, получается, от графства до земель демонов спокойно за пару часов можно добраться, если ты быстро бегаешь?
— Такой как вы, сэр, справился бы и за час, думаю… Там, где нам надо карабкаться или помогать друг другу, вы просто перепрыгнете.
— Интересно девки пляшут… Не обращай внимания, это просто такое выражение. — махнул я рукой недоуменно уставившемуся на меня лейтенанту. — Но эти вопросы я задам уже графу. Настюш, что думаешь?
— Отстань. То, что ты меня взял, не заглаживает твою вину! Не буду с тобой разговаривать! — произнесла моя жена, картинно отвернувшись и вздернув носик.
— Ну я же извинился! Ну хватит, ей богу!
— Извинился⁈ — взвился вверх Настин голос, — Простых извинений недостаточно, Сахаров! Ты, сволочь эдакая, пер на своем горбу пятьдесят кило тротила и никому ничего не сказал! А что было бы, если бы эту дрянь уронил, а?
— Ой, да ладно тебе, ничего бы не было! Никто не ощутил бы последствий…
— Вот именно, Сахаров, вот именно! Мы даже ничего не почувствовали бы, потому что нас по ближайшим камням размазало бы в виде паштета! Козлиного паштета, в твоем случае! Уж не знаю бывает ли такой вообще!
— Ты права, тысячу раз права! Каюсь, грешен, виноват, посыпаю голову пеплом! Что мне сделать, чтобы загладить свою вину?
— Вот, другой разговор… — отозвалась довольная Настя, — Надо выяснить, как у них дела обстоят с педикюром, маникюром, эпиляцией, покраской волос и косметикой. И, если такое есть, мастеров чтобы притащил прямо к нам! У нас сотня женщин неухоженных! Ты хочешь получить бунт волосатых ног?
— Так вот почему ты меня к себе не подпускаешь последнее время, мой милый йети… — задумчиво сказал я и принялся скакать, уворачиваясь от подзатыльников.
— Подлец! Мерзавец! Единственной, родной жене такое говорить! И ведь это ты довел меня до такого состояния, не обеспечив базовыми удобствами, присущими цивилизованной женщине! Все, иди сюда, я остыла. Хороший способ сбросить пар, но жаль, что я по тебе так и не попала! — уперев руки в боки, сказала Настя.
— Ты бы ручки свои поберегла, а то ушибешься еще об меня, я же твердый…
— Что правда, то правда. Тебя бить — это, примерно, как по покрышке трактора стучать. Так-то, вроде, резина. Теоретически — мягкая. А по факту — все равно, обо что руки отбивать — об бетон или о твой загривок! При этом, что странно, если не бить, а погладить — вполне себе мягкая кожа, под пальцами проминается.
— О, так я теперь состою на восемьдесят процентов не из воды, а из неньютоновской жидкости?
— Ты на восемьдесят процентов состоишь из глупости. — фыркнула Настя.
— Все как обычно. Это абьюз! Я жертва домашнего Василия! Мне нужен психолог!