Я обратил внимание на сервировку стола — Три вилки, два ножа, две ложки, три бокала разной формы, один из которых у меня в руке, здоровая тарелка, которая, скорее похожа на поднос. На тарелке стоит чаша с водой и полотенце рядом. Отдельно стоят два блюдца, одно с чашкой, второе пустое, но рядом с ним еще вилка, нож, ложка, только поменьше размером. «М-мать, сложновато для Воронежского гопника, но прорвемся!» — подумал я и начал подглядывать за другими. Настя занималась те же самым. А люди сначала омыли руки в воде, вытерли полотенцем, взяли ложки и просто ждали, пока двое слуг разнесут всем тарелки с супом. Супец оказался адским — чем-то напоминал гороховый с копченостями, только перца или его местного аналога, туда добавили от души. Остальные ели как ни в чем не бывало, мне же пришлось почаще закусывать булками, которые здесь играли роль хлеба, как я вижу. Вот странный выверт моего тела — мне нипочем алкоголь, но острое я стал чувствовать еще ярче, как и соль, как и многие другие вкусы. Это было даже интересно — та же жаренная картошка со специями заиграла новыми красками. Когда суп закончился, тарелку оперативно заменили на плоскую, поставив ее прямо в центр той здоровой, похожей на поднос. С блюд сняли колпаки, открывая вид на какую-то жареную птицу в двух вариациях, крупную рыбину, килограмма на четыре, разные гарниры и овощи. Отдельно было две вазы с салатами. В птице торчало по большой двузубой вилке и большому ножу, видимо, чтобы каждый мог отрезать себе часть. «Ну, раз предлагают» — я кое-как откромсал себе кусок грудки грамм на триста, накидал гарнира, остановился, якобы высматривая себе что-то еще, но сам присмотрелся к действиям Элизабет — она себя чувствовала явно уверенно. «Ага, вилка побольше — это та, которая мне нужна, как и вот этот нож» — думал я, хватая нужные приборы. Вилка поменьше, в итоге, оказалась для салатов, второй нож и вилка с длинной прорезью между зубцами посередине — для разделки рыбы. «Нормально, вроде тоже освоилась» — решил я, глянув на Настю. Хотя она, в отличие от меня, который мог и второе той же ложкой порубать в той же тарелке сразу после супа, могла и знать что-то.
— А теперь, прошу попробовать пару десертов и мое новое десертное вино с добавлением ягод! — сказал граф спустя некоторое время, когда все более-менее насытились.
Блюда сменили, убрав птицу и гарниры, зато поставив в центр стола торт килограмма на полтора, пару вазочек с печеньем, пару вазочек с какими-то светло-коричневыми шариками, тарелку с суфле, хоть его я сразу узнал. И вынесли еще три круглых бутыли вина. Вино на деле оказалось портвейном. Явно с немалой крепостью, но очень вкусным. Впрочем, как я уже понял, в вине местные ребята действительно разбирались и могли утереть нос доброй половине наших виноделов с Земли. Торт оказался чем-то вроде наполеона, а шарики были похожи на чак-чак, только с орехами и чуть плотнее. А еще они здорово липли к зубам, что мне не сильно-то понравилось. Был бы к ним горячий чай, но такое, тут, видимо, не в ходу. Надо будет ввести моду и найти аналоги, а то, боюсь, даже мои усиленные уровнями печень и поджелудочная будут расстроены, если каждый день пить вино со сладостями.
— Скажи мне, Александр: ты готов завтра отправиться со мной к императору? Путь займет несколько дней. Нужно ли тебе предупредить своих людей и раздать указания?
— Думаю, нет, граф. И прошу обращаться ко мне проще — Саша. Это короткая версия имени.
— Хорошо. Якоб! Покои готовы?
— Готовы, ваше сиятельство. — ответил заглянувший на крик слуга.
— Отлично. Проводи наших гостей!
Мы прошли на третий этаж за слугой, и он подвел нас к одной из дверей, остановившись на ее пороге и сказав:
— Ваши благородия, внутри есть веревка около кровати, вы можете ее дернуть и буквально через минуту придет слуга. Внутри уже все готово. Дверь запирается на засов для вашего уединения. Ванная комната за дверью рядом с комодом. Разрешите разбудить Вас за полчаса до завтрака?
— Буди за час. Спасибо! — ответила Настя.
— Это лишь моя работа дворецкого и я стараюсь делать ее хорошо. Приятного вам отдыха! — он, поклонившись, ушел.
Мы вошли внутрь и огляделись — обстановка была весьма приятной. Комната была солидного размера, хоть и не такая, как я видел в Царицыно, Эрмитаже или других особняках, превращенных в музеи. Там спальни были по сто с лишним квадрат, здесь же около сорока. Заглянул в неприметную дверку, отделанную, как стеновая панель — за ней оказался самый настоящий совмещенный санузел! Да, унитаз выглядел непривычно, но это явно был он! И даже водяной запор был, чтобы из канализации не несло! Пусть у него не было сливного бачка, его заменял здоровенный кувшин рядом с туалетом, но это заставляло меня серьезно переоценить уровень местных. Одно огорчало — вместо туалетной бумаги были какие-то тряпочки, которые надо было кидать, видимо, вон в ту урну в виде головы какого-то зверя. Прямо ему в пасть, да. А еще здесь была ванна. Большая, видимо, из местного аналога бетона, потому что стояла на каком-то каменном основании и имела стенки толщиной сантиметров пять. А еще она была круглой и больше метра в диаметре. В глубину — точно сказать сложно, так как чаша к центру имела углубление, но точно больше полуметра. И, что привело меня практически в восторг — из стены над ванной торчала труба. Да, толстая. Да, немного кривая и, похоже, из меди, что делало ее здесь очень дорогой. По сути — труба была сделана из денег. Но она была, и она работала, судя по пробке, воткнутой в эту трубу и притянутой к специальному ушку какой-то веревочкой.