Вид с холма открывался живописный: довольно широкая речка, через которую перекинуто пять мостов, уходящие вдаль берега моря и множество точек корабликов, снующих по воде. По-настоящему крупных кораблей не было видно, но они здесь и не нужны, как я понимаю. Сам город пестрил разнообразием крыш — белые плоские, оранжевые черепичные, где-то на крышах виднелись небольшие сады и пристройки. Стены домов были, в основном, белого цвета, хотя встречались и желтые, и красные. Ровные ряды улиц спускались к реке и поднимались вновь на другом берегу. Мы находились на правом берегу реки, дворец императора, расположенный примерно в километре от моря (видимо, чтобы не долетали запахи порта), был на левом. Вообще, сам дворец не был какого-то грандиозного размера, но вот территория под дворцовый комлпкс была огорожена довольно большая — где-то километр на полтора. Сам дворец находился где-то в километре от реки, но парк спускался к самому берегу.
(Константиновский дворец в Стрельне)
Стены вокруг города отсутствовали. Вокруг дворцовой территории кольцом стояли здания, как позже оказалось, административного назначения. А за ними начинались особняки, принадлежащие, как я понял, знати. Всего около шестидесяти штук, так сразу точно и не скажешь. Дальше уже начиналась городская застройка, количество этажей и нарядность зданий уменьшались к окраинам. Мы сели в карету к графу и двинулись в город.
— Граф, что за здание со шпилями на холме? — спросил я его.
— Храм всех богов. Обязательно туда загляните, если хотите узнать больше о нашем мире.
— Заглянем, обязательно заглянем.
Уже через десять минут мы погрузились в шум и толчею улиц города. Карета сбросила скорость до каких-то десяти километров в час и, в итоге, до особняка графа мы добрались только через час, вдоволь насмотревшись на быт горожан. В большинстве своем, они выглядели довольными жизнью. В городе пахло хлебом, цветами, иногда конским навозом или чем-то горелым, но откровенно неприятных запахов канализации и гнилья мы не почувствовали. Уже ближе к концу путешествия мы пересекли мост длинной метров в триста, который проходил рядом с дворцом. Столица производила приятное впечатление.
— Граф, вы говорили об Арсенале. Где же он? Во время поездки по городу не заметил ничего подобного. — задал я интересующий меня вопрос.
— Выше по течению Рины, так называется река, протекающая через Аларин, километрах в двадцати, есть приток, берущий начало в Рудных горах. Местность там холмистая. На этом притоке построили дамбу и шесть больших колес, использующих энергию Хосса, так называется этот приток, для движения механизмов. Чтобы вас пустили в Арсенал, придется получить разрешение канцелярии, но это не проблема, я поспособствую.
Ворота территории особняка отворились, пропуская нас внутрь. Мы проехали около десяти метров по аллее из деревьев, напоминающих кипарисы и выехали на площадку перед самим особняком, где и остановились. Столичный особняк графа выглядел даже лучше его поместья в осколке.
Легкие колонны, поддерживающие огромный балкон, красная черепичная крыша и пара декоративных башенок. В доме было всего два этажа, но по площади он, кажется, превосходил дом в осколке. Площадь участка тоже была вполне солидной — не меньше тридцати соток, в отличие от его скромной усадьбы. Видимо, там ему гостей принимать было не надо, в отличие от этого особняка, куда могли и соседи заглянуть, справиться о здоровье.
— Ваше сиятельство! — открыл двери другой слуга, чем-то неуловимо похожий на такого же дворецкого в доме графа, но гораздо моложе. — Добро пожаловать домой!
— Эдди, прохвост, всех служанок перетрахал в мое отсутствие? — «поприветствовал» его граф.
— Как можно, ваше сиятельство! За их непорочность не поручусь, конечно, но беременная кухарка — точно не моя вина!
— Хе! Смотри мне, паршивец! К дядьке тебя отправлю, на воспитание! — погрозил ему кулаком граф и повернулся к нам. — Племяш моего дворецкого Якоба, у них это семейная профессия. Этот вот еще не женился, потому и портит девок. А те и рады — раз главный в доме, когда хозяина нет, в них побывал, то не выгонит!
— Если это единственный его грех и не сказывается на работе, то все еще не так плохо. — ответил я старику.
— Дом в полном порядке, сэр! Я свое дело знаю! — ответил мне Эдди, за что тут же словил крепкого подзатыльника от графа:
— Ваше благородие, бестолочь! Точно отправлю к дяде! За неправильное обращение к гостю, да еще и без предварительного представления!