— Нет, Ваше Величество. Согласно эдикту «О мужах достойных», я прошу Вас признать право наследования и право фамилии за Александром. Именно он разрушил крепость демонов. В свои тридцать два года он имеет пятьдесят третий уровень и множество талантов.
— Похвально, похвально… Но будет ли этого достаточно, чтобы считаться достойным? — лениво спросил император.
— Он — выходец из первого поколения. Новый мир пал. Эту силу он набрал меньше, чем за полгода, которые прошли с момента разрушения его родного мира. Он отмечен Матерью и получил Великий Дар от святой. Будет ли этого достаточно, Ваше Величество?
— Похвально… — включил император заезженную пластинку. Немного пожевав губами, он продолжил: — К моему сожалению, я имел мало общения с представителями первых поколений и не могу знать, является ли это для них нормальным или же выдающимся. Вероятно, никаких чрезвычайных достижений у этого юноши нет.
— Так давай решим этот вопрос? — раздался сзади низкий голос с хрипящими нотками. — Моему мнению вы доверяете, Ваше Величество?
Рядом со мной встал тот самый огромный мужик. Я не дрищ, но рядом смотрелся бледно. В этом здоровяке было, наверное, два десять роста и весу килограмм сто восемьдесят. И если бы это был жир! Нет, это все было сплошным мясом, даже на вид жестким и крепким, как канаты. Не удивлюсь, если он железо мог как пластилин мять.
— Нет, Генри, мы не сомневаемся… — император сделал небольшую паузу между словами, — В твоих возможностях решать, кто является достойным воином, а кто нет.
— Вот и отлично. Флоки, я забираю парня. Я сегодня тут не просто так оказался, заходил уведомить о небольшой авантюре. Вот туда парня и возьму.
— Я не один, а с женой. Куда вы хотите меня забрать? — решил я подать голос. Все-таки обсуждалась моя судьба.
— Да хоть с тремя. Если ты готов ей рискнуть в походе на Некронд — пожалуйста.
— Я пойду! — успела Настя вставить до того, как я успел что-то ответить.
— Как хотите. Но сопельки вам вытирать я не собираюсь. Не осилите — валите в зад к демиличу. Не вижу смысла рассусоливать. Мы уходим, за мной!
— Генри! Постой! — за нами засеменил старый граф, с трудом поспевая за размашистыми шагами здоровяка.
— Что еще?
— Пару слов моему протеже, чтобы не было недопонимания.
— Хр. Давай, только из уважения к твоим сединам.
— Саша, Настя, послушайте. Этот человек — та еще добрая мамочка…
— Я все слышу, дедуля! — рыкнула эта гора мышц.
— Но и пальцем меня не тронешь, лоботряс! Так вот, ребята. Слушайтесь его, ибо если кто и понимает в войне, то это Генри Морган, великий граф Суррей. Он единственный из коренных, тех, кто живет тут уже не первое поколение, достиг восьмидесятого уровня. И не смотрите, что он выглядит чуть старше вас — он младше меня всего лет на двадцать…
— Да-да. Дедуля, я и сам это все смогу им рассказать. Если ты закончил, а ты закончил, потому что остальное, что им нужно знать, расскажут на месте, то мы пошли. И не отставайте, кх-м, молодежь…
Он быстрым шагом направился к выходу из дворца. Задерживать его никто больше не стал, а гвардейцы при приближении гиганта пытались сделаться максимально бравыми и мужественными. Да только по сравнению с тем, из кого маскулинность перла нескончаемым потоком, они все были детьми. Я, вообще-то, тоже, что меня немного бесило…
— Значит, так. Я сейчас возьму темп попроще, чтобы вы не сдохли по пути. По городу двигаемся небыстро, максимум вдвое быстрее рыси. А вот за городом я посмотрю, на что вы способны. И как долго сможете держать темп. Все понятно?
— Мы что… побежим? — недоуменно спросила Настя.
— А что я, по-вашему, должен тратить время и трястись в дьявольской коробке три-четыре дня, чтобы добраться до столицы? Да я за день это пробегу, даже толком не запыхавшись!
— Но вы же… в шубе? Это неудобно… — немного замявшись, сказал ему я.
— Это шуба ледяного беорна, мальчик. И уровень у него был повыше твоего. Если мне когда-то в ней станет жарко или холодно, я сильно удивлюсь. Готовы? А, впрочем, чего я спрашиваю… За мной, салаги!
И он побежал прямо в толпу людей. Мы рванули за ним, уворачиваясь от телег, людей, прилавков. Этот здоровяк делал это легко и непринужденно, при необходимости смещаясь влево или вправо просто моментально. Глаз с трудом успевал отследить такие движения. Порывы ветра за нами тремя поднимали юбки женщин и сдували легкие товары с прилавков, но почему-то вслед нам никто не кричал проклятий… Видимо, народ тут уже ученый. А потом мы выбрались за границу города, по бокам промелькнули крайние дома и этот паровоз в шкуре человека начал набирать ход. Когда мы разогнались километров до шестидесяти, он оглянулся, посмотрел на нас и набрал еще немного скорости, доведя до семидесяти. Мне бежать было тяжеловато, но, в целом, терпимо. Насте приходилось куда хуже — ее уровень был на шесть меньше моего, но она держалась, изначально одетая в более легкую броню и более ловкая, она могла двигаться с такими скоростями, пусть выносливости у нее и было меньше моей.