Крис слез и уселся нога на ногу, глядя выжидательно и немного напряженно.
Вася подумал секунд пять, а потом выдал:
— Это специально запрограммированный робот- помощник, андроид сделанный как копия хозяина.
— Э нет, дорогой ты мой! — укоризненно покачал головой человек-крыса, — Не катит! Эдак почти на любую загадку можно ответить, скажи еще господь бог, тот вообще, чем хочешь, прикинуться может. Подобные ответы не принимаются.
Василий подпер голову кулаком, и погрузился в размышления. Повисло напряженное молчание.
Когда на экране было 2:57, он внезапно сильно хлопнул себя ладонью по лбу. Сочный звук шлепка прервал гнетущую тишину. Вася радостно засмеялся.
— Это же так просто! Элементарно, как же я сразу не догадался. Молодец крыс, гарная загадка!
— Ну, так каков ответ? — угрюмо проворчал он.
— Дык, Пушкин это. Всеми любимый, незаменимый Ляксандр Сергеич.
На экране появилась знакомая заставка из игрушки "пасьянс паук" с надписью: "Вы выиграли!", на зеленом фоне рассыпались простенькие салютики, музыкальный фон был соответствующим. Через пару секунд вернулось исходное изображение с диаграммами. Вася обратил внимание, что цифры под его столбцом стали расти быстрее, а его коэффициент вместо 15,1 стал 14,6.
— Видишь крысюк, мои шансы растут! — радостно произнес Вася, и потер ладони.
— Рано радуешься, человек, — недобро проворчал Крис, — Тебе еще две загадки отгадывать, а они посложнее первой будут.
— Ничего, — беспечно махнул рукой коммерсант, — Авось, с божьей помощью угадаю!
— Ну-ну. Посмотрим. Слушай следующую загадку. Теперь без намеков и подсказок в неопределенной формулировке.
На этот раз он кривляться не стал, и не меняя позы, заговорил, монотонно, без выражения:
И черное и белое,
Трусливое и смелое,
Горячее, холодное,
Оно всегда голодное.
Вася призадумался. Да уж задачка не из легких. У него в мыслях с космической скоростью проносилось множество вариантов, но ни один из них подходящим не был. Когда те же версии пошли по второму кругу, Василий занервничал. Оставалось две минуты, а он не приблизился к ответу ни на йоту. Внутренний голос, где ты?! Помогай родной! — в сердцах возопил он. В ответ тишина. Озарение пришло за двадцать секунд до конца отведенной пятиминутки.
— Это зависть. Человеческое чувство зависти. Не знаю как там у вас крыс, но у нас людей зависть бывает именно такая, и черная и белая, тайная и явная, горячая и расчетливо-холодная.
Повисла пауза. Цифры на мониторе замерли. У Васи внутри похолодело. А спустя мгновение заиграла победная мелодия, и появились салютики.
Коммерсант облегченно выдохнул, а Крис схватил с пола несколько купюр, в бешенстве изорвал в клочья, и бросил в сторону. Клочки зелененькими бабочками закружились в воздухе, и плавно опустились на ковер.
— Не порть бабки! — возмутился Василий, привыкший к почтительному отношению к деньгам, — Они здесь не причем.
Мои баксы, как хочу так и распоряжаюсь, — отбрил нахала Крис, — А у тебя, сынок, похоже, головокружение от успехов. Ну да ничего, это лечится очень просто. Следующей загадкой мы попытаемся снять все симптомы зарождающейся у тебя мании величия. Слушай:
"Светлее дня, темнее ночи"
Вася думал ровно полторы минуты, потом заговорил:
— Неужели я выгляжу таким необразованным валенком, что не смогу разгадать несложную философскую задачку? Так вот, на сей счет, ты глубоко заблуждаешься. У меня просто бизнес такой, где лобастым и очкастым интеллигентам доверия нету. По деревням да селам езжу, зерно скупаю, и перепродаю. Общаться приходится, в основном, с колхозниками по-простому. Поэтому и привык уже под "своего" косить. Ну, и нахватался от них словечек как гусь говна. Где-то даже деградировал, не скрою, но это самую малость. Самая сложная загадка была вторая. Ну да бог с ним, я отвлекся.
Василий достал бутылку с виски, открыл пробку, понюхал, сморщился, и закрыл обратно. Потом засунул руку под влажные шорты, почесался, и продолжил:
Это как инь и янь, мужское и женское начало, добро и зло, черное и белое. Короче, это душа.
Треск разбиваемого об стену стакана с водой, заставил коммерсанта непроизвольно вздрогнуть.
Азартный Парамоша! — не без удовольствия отметил про себя коммерсант, — надо будет попробовать сыграть на этом.
У соперника был очередной приступ бешенства. Он носился по комнате, топал ногами, и изрыгал проклятия. А на мониторе коэффициент на победу был уже 11,4. Его столбец подрос, а уровень соперника немного опустился.