Джек из тени, Марк Блейн
Новые горизонты
Пролог
Октябрьский вечер на подмосковном полигоне «Техмаш» выдался на удивление тихим. Даже осенний ветер словно замер в предчувствии чего-то значительного, не шевеля пожелтевшие листья берёз за периметром испытательной площадки.
Михаил Родионов потёр усталые глаза и в очередной раз проверил показания манометров на экспериментальной гидропневматической установке. Сорок пять лет жизни, семнадцать лет работы в оборонке, а всё равно каждый новый проект волновал как первый. Особенно такой, как этот.
— Миха, может, хватит на сегодня? — донеслось со смотровой площадки. Сергей Волков, его заместитель и лучший друг ещё со времён Рязанского училища, спускался по металлической лестнице с термосом кофе в руках. — Уже восьмой час, жена звонила, ужин стынет.
— Ещё полчаса, — не отрываясь от приборов, откликнулся Михаил. — Хочу понять, почему на предыдущих испытаниях было расхождение с расчётными данными в три процента. Для флотских систем это критично.
Михаил Родионов был из тех инженеров, для которых слова «и так сойдёт» не существовало в принципе. Главный инженер КБ «Техмаш», кандидат технических наук, мастер спорта по армейскому рукопашному бою. В своё время прошёл обе чеченские кампании в составе 76-й гвардейской воздушно-десантной дивизии, вернулся с орденом Мужества и багажом знаний о том, как техника ведёт себя в боевых условиях.
Разносторонний опыт сделал его одним из лучших специалистов страны по гидравлическим системам, применяемым в разных родах войск необъятной Родины. Когда военные заказывали новую систему, они знали: если за проект берётся Родионов, значит, система будет работать безотказно даже в аду.
— Давление в основной магистрали — 320 атмосфер, стабильно, — проговорил он, записывая показания в блокнот. Компьютеры компьютерами, а рука помнит лучше. — Время срабатывания исполнительных механизмов… Серёга, а что показывает твой секундомер?
— Две целых семь десятых секунды, — отозвался Волков, устраиваясь рядом с установкой на складном стульчике. — Как и предыдущие пять замеров.
— Значит, дело не в гидравлике, — пробормотал Михаил, почёсывая бороду. — Где-то в электронике сбой. Завтра с утра займёмся пошаговой диагностикой.
В кармане зазвонил телефон. На дисплее высветился родной номер.
— Алло, солнце, — Михаил невольно улыбнулся, услышав голос жены. — Нет, не задерживаюсь специально. Просто хочу понять одну техническую загвоздку… Да, понимаю, что борщ остывает. Ещё минут двадцать, и еду домой.
Он отключился и виновато посмотрел на Волкова.
— Марина расстраивается, когда я опаздываю. А я ей объясняю: каждая несовершенная система, которая уйдёт в войска, — это чьи-то жизни под угрозой.
— Знаю, — кивнул Сергей. — Потому и работаю с тобой уже десять лет. Другого такого зануды во всей России не сыскать.
Михаил хмыкнул и вернулся к приборам. В глубине души он знал: завтра система пойдёт на государственные испытания. Если всё пройдёт нормально, через полгода начнётся внедрение на производство. А значит, российские моряки получат ещё одно преимущество над любым противником в море-океане.
— Ладно, — наконец сдался он. — Последний контрольный цикл, и сворачиваемся.
— Серёга, посмотри-ка на блок управления, — нахмурился Михаил, вглядываясь в показания приборов. — Что-то не то с давлением в третьем контуре.
Волков подскочил к пульту и присвистнул:
— Триста восемьдесят атмосфер и растёт! Это же на сорок выше рабочего!
— Чёрт, — Михаил рванул к аварийному пульту. — Автоматика должна была сработать ещё при трёхсот пятидесяти. Ручной сброс давления!
Пальцы привычно заскользили по рычагам и кнопкам. Десятки аварийных тренировок за годы работы довели действия до автоматизма. Но красная лампочка «АВАРИЯ» продолжала мигать, а стрелка манометра неумолимо ползла вверх.
— Четыреста! — выкрикнул Сергей. — Предельное рабочее давление гидроцилиндров!
— Клапана не открываются, — констатировал Михаил, методично переключая дублирующие системы. — Похоже, отказ в управляющем контуре. Электроника не реагирует на команды.
Четыреста двадцать атмосфер. Система, рассчитанная на максимум четыреста пятьдесят, начинала работать на износ. А стрелка всё ползла.
— Миха, валим отсюда! — Волков уже двигался к выходу. — При такой скорости роста давления у нас максимум минута до разрыва магистралей!
— Нет, — Михаил остался у пульта, лихорадочно перебирая варианты. — Если эта штука рванёт, мы потеряем полгода работы. Плюс соседние стенды пострадают. А там новые системы управления огнём…