Ствол: оптимальная длина для калибра двенадцать миллиметров будет сто двадцать сантиметров. Должен быть нарезным для стабилизации полёта снаряда.
Спусковой механизм: можно адаптировать механизм от арбалета, вместо освобождения тетивы он должен открывать клапан, пускающий сжатый воздух из резервуара в ствол.
Материалы и время: у меня есть максимум сорок восемь часов до крупного штурма. В нормальных условиях для местных мастеров такая разработка заняла бы месяцы, но у меня есть готовые инженерные решения.
План работы сложился сам собой. Если всё пойдёт по плану, через два дня у защитников крепости появится оружие, способное поражать цели на недоступных для традиционного вооружения расстояниях. Но один образец погоды не делал. Нужно минимум пять-шесть винтовок и команда обученных стрелков. Но если принцип окажется работоспособным, производство можно наладить быстро. Главное, чтобы хватило времени.
Отложив пергамент с расчётами, встал и подошёл к окну мастерской. За стенами крепости виднелся вражеский лагерь, где десятки тысяч воинов готовились к решающему штурму. Они не знали, что против них будет использовано оружие, опередившее их время на несколько столетий. Не знали, что их маги, главная основа военного превосходства, станут лёгкими мишенями для невидимого стрелка.
Я уселся корпеть над подробным чертежом…
Глава 3
Свечи в кузнице догорали, стекая восковыми потёками по краям деревянного верстака. За окном царила глухая тьма, изредка прорезаемая факелами дозорных на стенах. В такой тишине каждый звук казался громче: отдалённый лязг оружия, приглушённые голоса караульных, скрип ворот в глубине крепости.
Но всё это отступало перед листом пергамента, исписанный чертежами. То, что раскинулось передо мной при мерцающем свете, ещё вчера казалось невозможным, детальные планы оружия, которого этот мир не знал.
Пневматическая винтовка. На бумаге она выглядела как странное сочетание знакомых элементов: длинный стальной ствол, массивный деревянный приклад, система трубок и клапанов. Для местного кузнеца — набор деталей без смысла. Для инженера двадцать первого века — точно выверенный механизм.
Воспоминания двух жизней снова смешались в сознании. Руки Михаила Молота помнили правильный хват молота для точного удара. Разум Михаила Родионова подсказывал углы сверления и распределение давления в стальных цилиндрах.
— Сто восемьдесят атмосфер, — прошептал я, проверяя расчёты. — При такой энергии снаряд пробьёт кольчугу или пластинчатый доспех на нужной дистанции.
Звучало убедительно в теории. Но теория и средневековая практика — разные вещи. Взял кусок стали из арсенала. Даже при тусклом свете видно было качество: однородный серый цвет, отсутствие включений, правильная структура. Гномы знали толк в металле.
Следующий час потратил на проверку каждой детали конструкции. Медная трубка из разобранного кальяна — для пневматических магистралей. Кожаные уплотнители, пропитанные маслом. Пружинная система клапанов, адаптированная с арбалетного замка. Самая сложная часть — баллистические расчёты. Траектория снаряда в атмосфере требовала учёта множества факторов. В условиях ограниченных возможностей приходилось упрощать, но основы были ясны.
Стальной болт весом пятьдесят граммов, разогнанный до двухсот метров в секунду, обладал достаточной энергией для пробития большинства типов брони. Тем более экономика войны никуда не делать даже для тёмных эльфов. Выковать для всей армии стальные нагрудники просто невозможно. Среди живой силы как противника, так и с нашей стороны господствовала кольчуга в разные вариантах, от короткой жилетки, до огромной рубахи по колено. Вариант бригантины я тоже учитывал, но, судя по остаточным воспоминаниям, она выдавалась у тёмных массово только в элитных частях, да и то не всем.
Так что пробить кольчугу с поддоспешником для моего творения не составит труда, всё остальное если не пробьёт, то оставит серьёзные запреградные травмы, выводя из боя солдат.
Эффективная дальность в теории порядка четырёх сотен метров. Более чем достаточно для снайперской стрельбы по вражеским магам, не сильно любящим таскать на своих нежных телах громоздкую защиту.
За окном прокричал петух. Рассвет? Время пролетело незаметно. Окинул взглядом исписанные листы: два десятка чертежей, страницы расчётов, подробные спецификации. Всё готово для воплощения в металле.
— Завтра узнаем, — пробормотал я, складывая чертежи. — Либо это сработает, либо придётся искать другие способы.