— Это затянется на месяцы, — возразила Элизабет. — У нас нет времени.
— Не обязательно. Правильно организованная диверсионная война может дать результат за доступные нам две недели. Главное — критический урон системе управления и снабжения.
Торин поставил кружку:
— А практически это как?
— Разбиваем снайперов на группы. Каждая получает зону ответственности и список приоритетных целей. Задача — за неделю-две уничтожить доступные цели в заданном районе.
— Но противник адаптируется, — возразила Лира. — Усилит охрану, создаст барьеры, изменит тактику.
— Именно поэтому нужна гибкость. Группы постоянно меняют позиции, тактику, цели. Врагу сложно защищаться от непредсказуемой угрозы. Плюс наши команды будут действовать одни только в первые дни. Дальше предлагаю привлекать лучников и кавалерию.
— Наши стрелки будут отступать, заводя преследователей в ловушку, — кивнул сир Гаррет.
Урсула, внимательно слушавшая, заговорила:
— А снабжение? Боеприпасы, провизия, помощь раненым?
— Создаём сеть тайников. В радиусе тридцати километров размещаем склады с припасами. На лошадях можно быстро пополнять схроны.
Элизабет внимательно изучала карту:
— Сколько таких групп?
— При двадцати винтовках, на мой взгляд, две мобильные группы. Если делать меньше, могут просто физически не успевать уничтожать цели. Плюс резервная группа, как только наберётся ещё хотя бы пять стволов.
— И что эти группы сделают против двадцати тысяч, даже при поддержке нескольких сотен всадников и лучников? — скептически спросил один из офицеров.
— Больше, чем кажется. Армия без командования — толпа. А без магов теряет главное преимущество.
Лира перебирала документы:
— В бумагах мага упоминается жёсткая иерархия. Каждый уровень подчиняется только вышестоящему. Если выбить старших офицеров…
— Система управления рухнет. Младшие командиры не смогут принимать стратегических решений.
— Но противник может просто захватить крепость новыми чудовищами, не обращая внимания на потери, — возразил сир Гаррет.
— Не может. Любое оружие требует управления. Даже монстры нуждаются в том, кто ими командует.
Торин высказал практическое соображение:
— А кто будет руководить группами? Снайперы — одно, партизанские командиры — другое.
— Я. У меня есть опыт такой войны.
— Откуда у кузнеца опыт партизанщины? — удивился сир Гаррет.
Пришлось импровизировать:
— Читал военные трактаты, изучал истории полководцев. Плюс здравый смысл.
Элизабет внимательно посмотрела на меня, но развивать тему не стала.
— Сколько времени на подготовку?
— Два дня на формирование групп. Один день на отработку координации. В это время по округе разместим схроны.
Сир Гаррет почесал бороду:
— В плане есть логика. Но риски огромные. Если партизанские группы обнаружат и уничтожат, останемся без снайперов.
— Риск оправдан. У нас есть преимущество, которого враг не ожидает. Нужно использовать его максимально эффективно.
Торин поднял важный вопрос:
— А боеприпасы? При интенсивной стрельбе болты быстро кончатся.
— Пополняем через схроны. К тому же много с собой не потаскаешь при быстрых переходах — максимум полсотни. Хватит, если стрелять только по приоритетным целям.
Элизабет долго молчала, изучая карту. Наконец подняла голову:
— Михаил, план интересен, но что делать, если партизанщина не даст быстрых результатов? А тёмные не замедлятся от наших действий.
— Тогда переходим к вашему плану. Концентрируем силы для генерального сражения. Но делаем это после того, как враг понесёт потери от диверсий.
— То есть совмещаете оба подхода?
— Именно. Сначала партизанская война для ослабления противника, потом решающее сражение, если понадобится.
Повисла тишина. Все обдумывали концепцию.
Урсула первой нарушила тишину:
— Партизанщина понятна оркам. Мы воевали так против тёмных в степи.
— У плана есть логика, — согласился сир Гаррет. — Но серьёзная проблема с координацией. Как управлять группами на большой территории, плюс координировать атаки?
— Система сигналов и встреч. Каждая группа раз в два дня появляется в назначенной точке для получения приказов. Плюс экстренная связь через гонцов.
Торин поставил практический вопрос:
— А если одну группу захватят? Пытки заставят выдать информацию.
— Каждая группа знает только свою зону и ближайшую точку связи. Общую картину знают только я и руководство здесь в крепости. Захват одной группы никак не скажется на остальных.