Охотник, как я и рассчитывал, инстинктивно развернулся на новую, более явную угрозу. Его щит сместился, прикрывая его от орка. На одну, бесконечно короткую секунду, его левый бок оказался открыт.
— Кайра!
Два наших выстрела слились в один. Мы не пытались убить. Мы пытались хотя бы обездвижить.
Охотник издал короткий, яростный рык. Он не упал, но его нога подкосилась. На чёрной коже его штанов расплылось тёмное пятно. В тот же миг Густав откатился обратно в кусты, а над его головой со свистом пронёсся второй некротический шар, обратив в прах место, где он только что стоял.
План сработал, но мы лишь ранили зверя. И теперь он был в ярости. Серебряная маска повернулась к нам. Охотник больше не шёл. Он поднял посох, и земля под его ногами задрожала.
— Уходим! — заорал я, понимая, что сейчас произойдёт. — Третья позиция! Бегом, бегом!
Мы выскочили из нашего укрытия и бросились вглубь леса. За спиной раздался треск, словно ломались кости гиганта. Я оглянулся на бегу и увидел, как из земли, там, где было наше укрытие, вырвались десятки чёрных костяных шипов высотой с человеческий рост. Они пронзили терновник насквозь, превратив нашу нору в смертельную ловушку. Опоздай мы на пару секунд…
Но думать об этом было некогда. Смерть дышала нам в затылок. За спиной слышались яростные крики эльфов, свист стрел, пролетающих сквозь ветви, и гул новых, ещё более мощных заклинаний.
Бег. Не просто бег, а отчаянный, рваный спринт по пересечённой местности, где каждая ветка норовит выхлестнуть глаза, а каждый корень — сломать ногу. За спиной лес ревел и стонал. Это был не просто шум погони. Это был звук ярости целой армии, сконцентрированной на наших шестнадцати душах. Стрелы с противным шипящим звуком впивались в стволы деревьев рядом с нами. Сгустки тёмной магии врезались в землю, оставляя дымящиеся воронки, пахнущие озоном и могилой.
— Они слишком близко! — прохрипел Элиас, споткнувшись, но тут же вскочив на ноги. — Кайра, что слышишь?
— Слышу их дыхание! — выкрикнула она на бегу, не оборачиваясь. Её уши были плотно прижаты к голове, а хвост метался из стороны в сторону, как у загнанного зверя. — Кавалерия обходит нас по правому флангу! Пытаются отрезать путь к ручью! И… этот, в маске. Он всё ещё идёт. Медленнее, но идёт. Я чувствую его как ледяную иглу в затылке.
Мы вырвались из плотного кустарника на небольшую прогалину, и впереди, метрах в ста, блеснула вода. Ручей. Наша третья, последняя линия обороны.
— Туда! — прорычал я, указывая направление. — Не сбавлять темп!
Шум ручья ударил по ушам как обещание спасения. Мы скатились по крутому глинистому склону и оказались в неглубокой лощине, по дну которой бежал быстрый холодный поток. По нашу сторону берег был усеян крупными замшелыми валунами, идеальное естественное укрытие.
— Все здесь? Раненые?
Бойцы, тяжело дыша, занимали позиции за камнями. Быстрый осмотр показал, что нам повезло. У Маркуса стрела пропорола плащ на плече, оставив кровавую царапину. У одного из новичков была обожжена рука шальным заклинанием. Но все были живы и готовы драться.
— Камни хорошие, крепкие, — пробурчал Торвальд, деловито проверяя механизм своей винтовки. — Но нас мало, Михаил. Они просто задавят нас числом, когда подойдут.
— Нас больше, чем им кажется, — ответил я, выглядывая из-за валуна.
Я посмотрел на противоположный склон лощины. Он был густо порос лесом и казался абсолютно безжизненным. Но я знал, что там, затаив дыхание, лежит три сотни лучших лучников сира Альрика.
— Элиас, на тот валун, что повыше! — приказал я. — Будешь моими глазами и координатором для лучников. Кайра, тебе левый фланг. Не дай им перейти ручей. Густав, Торвальд, со мной, в центре. Остальным рассредоточиться между нами. Задача — выбить командиров и магов. Не дать им организовать атаку.
Я достал из-за пазухи маленький костяной свисток, который мне передал командир лучников. Один короткий свист, похожий на крик ястреба, и рой стрел обрушится на головы преследователей.
Тишина длилась недолго. Сначала послышался треск веток, потом тяжёлое дыхание и лязг стали. На край лощины высыпали первые эльфы. Их было около полусотни. Увидев нас за камнями, они издали торжествующий рёв. Они думали, что загнали нас в угол.
А потом появился он. Охотник в серебряной маске. Он хромал, опираясь на свой обсидиановый посох как на костыль, но в его фигуре не было и намёка на слабость. Скорее, он походил на раненого тигра, который стал от этого только злее и опаснее. Он остановился на краю склона, и за его спиной начали собираться остальные силы: пехота, лучники, ещё несколько младших магов. Всего не меньше трёх сотен.