— Они здесь! В ловушке! — крикнул один из эльфийских офицеров, указывая на нас мечом. — Взять их! Живыми или мёртвыми!
Охотник поднял руку, останавливая их. Он медленно обвёл лощину взглядом, который, казалось, проникал сквозь камни. Он чувствовал подвох, но ярость гнала его вперёд.
— Лучники! — приказал он на своём певучем, но властном языке. — Подавить их огнём! Маги, готовьтесь сжечь эти камни!
Это была ошибка. Вместо того чтобы броситься в атаку, он решил устроить нам позиционный обстрел. Он дал нам время. Я поднёс свисток к губам. Короткий, пронзительный крик ястреба разорвал тишину.
И в тот же миг противоположный склон ожил. Три сотни стрел с чёрным оперением устремились в небо в поиске целей. Эльфы, стоявшие на склоне, даже не успели понять, что произошло. Они подняли головы на звук, и в следующую секунду стальной ливень обрушился на них.
Словно невидимая коса прошла по первым рядам, превращая элитных воинов в дёргающиеся подушечки для иголок. Крики ужаса и боли смешались в один сплошной, душераздирающий вой. Эльфы падали десятками, захлёбываясь кровью, пытаясь вытащить из тел стрелы, которые пробивали их кожаные и кольчужные доспехи. Ручей, до этого прозрачный, начал окрашиваться в красный цвет.
Но Охотник выжил. В тот момент, когда первая стрела покинула тетиву, он снова ударил посохом о землю. Фиолетовый купол вспыхнул вокруг него и группы магов, и стрелы бессильно отскакивали от него, как град от стальной крыши.
Из-под серебряной маски вырвался крик, полный такой ненависти, что у меня кровь застыла в жилах. Он понял, что его провели. Что он сам залез в ловушку, как последний новобранец. Но Охотник не собирался опускать щит. Вместо этого он что-то прорычал своим магам, и те, стоя под защитой купола, начали плести совместное заклинание.
— Плохо дело, Михаил! — крикнул Торвальд, указывая на них. — Это групповое плетение! Сейчас будет что-то большое и очень неприятное!
Я видел, как земля перед ними начала темнеть и размягчаться, превращаясь в чёрную, булькающую жижу.
— Не дать им закончить! — заорал я. — Элиас, дай сигнал лучникам! Цель маги за щитом! Залпами!
Снова крик ястреба, и новая туча стрел устремилась к куполу. Они не могли пробить его, но их было так много, что они создавали сплошную стену стали и дерева, полностью скрывая магов из виду и оглушая их непрерывными хлопками по щиту.
Но маги не обращали на это внимания, и чёрная жижа пришла в движение.
— Что за чертовщина⁈
— Густав! — крикнул я, и орк, поняв меня без слов, повернулся ко мне. — Видишь тот валун слева от тебя?
Орк проследил за моим взглядом. Это был огромный, в полтонны весом, кусок камня.
— Думаешь, смогу? — ухмыльнулся он.
— Попробуй! Отвлеки его!
Густав издал боевой клич, от которого, казалось, содрогнулись скалы. Он упёрся ногами в землю, его мышцы вздулись, как канаты. С нечеловеческим усилием он сдвинул валун с места и, напрягшись до предела, толкнул его вниз по склону.
Огромная глыба, набирая скорость, с грохотом покатилась прямо на Охотника и его магов.
Это было то, чего они никак не ожидали. Охотник инстинктивно перенёс всю мощь своего щита на перехват валуну. Купол вспыхнул ослепительно-фиолетовым светом. Валун врезался в него с силой тарана. Щит выдержал, но от чудовищного удара его создателя отбросило на несколько шагов назад. Он пошатнулся, потеряв равновесие на своей раненой ноге.
И в этот момент его посох, на который он опирался, выскользнул из ослабевшей руки.
Это был наш шанс. Единственный.
— Залп! — заорал я.
Десяток винтовок выстрелили одновременно. Наши болты, как рой разъярённых шершней, устремились к одной точке.
Большинство из них отскочили от остатков щита. Но два нашли свою цель, мой и Кайры. Мы ударили почти в одно и то же место, в область сердца.
Взрыв от сорванного заклинания был беззвучным, но чудовищным. Волна чистой тёмной энергии разметала всё в радиусе десяти метров. Маги, стоявшие рядом с Охотником, просто испарились, превратившись в облачка чёрного пепла. Сам Охотник был отброшен назад, как тряпичная кукла. Его серебряная маска треснула и упала с лица, открыв на мгновение искажённое болью и яростью, неестественно бледное лицо тёмного эльфа. А потом его тело ударилось о скалу и безжизненно сползло на землю.
Оставшиеся в живых эльфы, не больше сотни, увидев смерть своего чемпиона, замерли в ужасе. А потом, бросая оружие, они просто побежали. Побежали без оглядки, пытаясь спастись из этой проклятой лощины, где смерть сыпалась с неба, а камни оживали.