— Кузнецовы выезжают в середине зимы, но сперва в Петербург заглянут, хотят пасху с нами провести. Может, и к свадьбе твоей поспеют.
Ну вот, о свадьбе подумала — сразу покраснела, расцвела. Да-а, девочка, такой ты мне больше нравишься.
14Пе́ппи Длинныйчуло́к — главный персонаж одноимённой повести шведской писательницы Астрид Линдгрен (прим. автора).
15козёл — застывший при плавке металл (прим. автора).
Глава 11
А через неделю я понял, что в особо напряжённых жизненных ситуациях везения всё же много не бывает. Пацанская разведка сообщила о прибытии в город долгожданных женихов — графа Ростовцева и поручика Вяземского. К большому огорчению, их последний заграничный вояж прошёл гораздо хуже предыдущего, почти все казаки команды получили ранения разной степени тяжести, в том числе и мой учитель фехтования Михаил Лукич. Но больше всех досталось Вяземскому, с городской пристани его увозили в бессознательном состоянии.
А у графа, представьте себе, ни царапинки, и я уж теперь даже не знаю, стоит ли в дальнейшем ворчать на Софу за её излишнее рвение в корректировке судеб, или нет. Вот что бы случилось с Ростовцевым, не поворожи она ему на дорожку? Мы его вообще увидели бы вновь? Может, до вмешательства нашей экстрасенсорши ему судьбой было уготовано навечно упокоиться в песках Восточного Туркестана? А что? Вот пойди сейчас разберись. Вопросы, вопросы, а ответов нет.
— Куда поручика увезли?
— Граф кучеру наказал в гостиницу править. Сенька за бричкой побёг, скоро вернётся, доложит в какую.
— Ясно. Никому пока ни слова о приезде господ офицеров. Иди встречай Сеньку, и сразу ко мне.
Ох, ненавижу я неприятные новости сообщать, но придётся. Наша ведунья должна осмотреть поручика как можно быстрее. Офицеры в город приплыли на баркасе с верховий Енисея, видимо, где-то там их отряд и переходил китайскую границу. Ранение Вяземский получил, скорее всего, в Китае, и мается он с ним, получается, уже недели две, а то и больше, причём всё время в дороге. При этом доставили его в город без сознания, стало быть ситуация на данный момент сложилась чрезвычайно скверная. Остаётся лишь надеяться, что шансы на выздоровление у него остались.
Не понимаю, зачем граф повёз раненых в Красноярск. Сдал бы их на попечение крестьян в ближайшей деревушке и хлопот бы не знал, нынче это стандартное поведение войсковых команд при ранениях и заболеваниях личного состава. Отлежались бы служивые пару недель, подлечились, а уж затем продолжили бы дорогу самостоятельно. Э-э, да о чём я? Ведь Минусинск отряд миновать никак не мог, а там и нормальные врачи имеются, и полноценный уход за ранеными. Почему же граф, рискуя жизнями подопечных, потащил их всех сюда?
Размышляя на ходу, я заглянул в конюшню и приказал бричку запрягать, после уж в лабораторию к Софье Марковне пошёл и, кратко обрисовав ей сложившуюся ситуацию, добавил в конце:
— Скорее собирай лекарства для экстренной реанимации, и поехали.
В такие моменты главное — не давать Софе задумываться. Задача поставлена чётко, отвлекаться некогда, значит, она всё сделает быстро и в наилучшем виде.
Прибежали пацаны, доложили, куда поручика отвезли. Ну, ёхарный бабай, хорошо хоть не в ту гостиницу, где канский городничий упокоился, а то наша ведунья в этом какой-нибудь божий промысел усмотрела бы. Так сказать, суровое напоминание господне о грехах наших тяжких.
Гришка Суриков, управляя бричкой, домчал до гостиницы с ветерком. В номере, куда поместили раненого, мы застали графа, двух казаков и доктора — он как раз заканчивал осмотр. Повернулся к нам, снял пенсне, печально помотал головой из стороны в сторону и стал что-то тихонечко втолковывать Ростовцеву. Вот гадство! Похоже, классическая медицина помочь уже не в силах. Правда, Софью Марковну диагноз местного эскулапа не смутил, она быстренько выставила всех в коридор, меня и доктора в том числе, и принялась за свои ведовские исследования. Доктор остался недоволен её самоуправством, а граф просто недоумевал — он, оказывается, ничего не знал о лекарских способностях своей возлюбленной. Пришлось мне прояснить ситуацию.
Пока мы в ожидании знахаркиного вердикта маялись в коридоре, мне поведали, как отряд во время похода в Восточный Туркестан угораздило попасть в столь скверный переплёт. Ростовцев рассказывал сумбурно, постоянно перепрыгивая с одного на другое, но основное я понял. Напали на них уже на российской территории, причём довольно далеко от границы. Засада была грамотно организована, и если б не сноровка казаков да их преимущество в огнестрельном оружии, то полёг бы там весь отряд. Бой шёл почти два часа. Нападавшие, встретив жёсткий отпор и потеряв двоих убитыми, в конце концов отступили, но преследовать их казаки не стали: раненых много и порох почти закончился.