— Возможно, что так оно и есть, — согласилась Римма. — Может, не стоит так терзаться подруга?
— Нет, Римма, мысли о ребёнке грызут меня постоянно. Я не знаю, где она. Я не знаю, как она живёт и счастлива ли? Римма, мне очень плохо, я совершенно не знаю, что делать.
— Что делать, что делать? Немедленно идти к Кириллу и сообщить ему о ребёнке! — решительно сказала Римма. — Он отец ребёнка и обязан знать о нём, о его существовании. Посидите, подумаете вместе и примете решение, как вам поступить.
— Да как я ему скажу! Столько лет прошло!
— Да очень просто! Как мне сказала — так и ему скажешь! Таисия, человек всю жизнь прожил с мыслью, что у него нет детей! А ты скрывала такую весть!
Катя чувствовала себя прекрасно, настроение у неё было хорошее. Но тут открылась дверь и в палату вошла та самая медсестра, которая сообщила Косте о Катиной беременности. У Кати аж дух перехватило:
— Что вы здесь делаете?
— Подрабатываю… Вот, обед принесла. Ешь. А то остынет, невкусный будет.
— Я из ваших рук есть ничего не буду, — заявила Катя. — И вообще, я видеть вас не хочу.
— А придётся — я сегодня до вечера работаю, — сообщила медсестра.
— Вот и отлично! — Катя чуть не плакала. — Чтобы до вечера я вас здесь не видела!
— И за что же я в такую немилость попала?
— Я ведь из-за вас в больницу загремела. И баланду эту в рот не возьму.
— Ну, извините, бутербродов с красной икрой у нас не подают, — сказала медсестра и стала убирать в палате, приговаривая: — Такая взрослая девушка, скоро матерью станешь, а грязь развела…
— Да что вы ко мне пристали? Заберите свой суп и идите, — скомандовала Катя.
— Беда с вами, Буравина. От ваших капризов с ума сойти можно. Грубиянка ты. Избаловали родители в детстве. Наверное, по первому требованию капризы выполняли. Вот теперь и ведёшь себя как барыня, — назидательно сказала медсестра.
— Да что вы ко мне пристали! Идите отсюда, а не то я вашему начальству расскажу, как вы врачебную тайну выболтали, а у меня из-за этого стресс случился, — повысила голос Катя.
— Милая, ты, прежде чем других обвинять-то, в своей жизни разберись! — осуждающе ответила медсестра. — Чему ты дитя своё научишь, если свою жизнь с обмана начинаешь. Тоже мне мамаша!
— Да какое вам дело! — закричала Катя. — И вообще, кто ты такая, что меня жизни учишь?
— Не кричи, ишь, раскричалась! Я тебе в матери гожусь, а ты, мало того, что тыкаешь мне, так ещё и голос повышаешь.
— Не беспокойтесь, я и на собственную мать кричу.
— Вот-вот, воспитала на свою голову доченьку. Только и умеет, что горло драть, да с людьми, как со слугами, разговаривать. Смотрю я на тебя и вижу, что не умеешь ты, девонька, нервы в узде держать. И проблемы все твои — только от капризов и избалованности.
— Да какое тебе дело до моих проблем? — возмутилась Катя.
Медсестра решила прекратить этот разговор.
— Успокойтесь, Буравина. Примите лекарства.
— А что это?
— То, что доктор прописал.
Катю раздражало в медсестре всё.
— Вы что, по-человечески ответить не можете?
— А вы что, медик? — ехидно спросила медсестра. — Вы всё равно ничего не понимаете в лекарствах!
— Понимаю. У меня муж, между прочим, фармацевт, — запальчиво ответила Катя.
— Надо же! Муж — фармацевт! Это какой муж? Которого вы выбрали в отцы или другой, второй?
— А какое ваше дело?
— Вы будете пить лекарства или нет?
Тут Катя разошлась! Она смахнула со стола и стакан с водой, и таблетки!
Медсестра опешила.
— Вы чего безобразничаете, Буравина?
— А вы чего мне хамите?
— Я вам хамлю? Перестаньте, Буравина! Да с вами вся больница носится как с писаной торбой!
— Не надо всех записывать в дурни, дорогая!
— Почему это в дурни? — не поняла медсестра.
— Потому что, используя цитаты в своей речи, обратитесь к первоисточнику. Вам следует почитать Гоголя внимательнее!
— Больно умная! — сказала медсестра и стала собирать с пола таблетки. — Совесть бы поимела. А ну-ка в постель! У тебя режим постельный!
Катя запрыгала на кровати:
— Ты, что ли, мне режим назначала?
— Буравина, перестаньте, перестаньте, пожалуйста, в вашем положении нельзя… нельзя так себя вести! — испугалась медсестра.
— Ага! Испугалась! Испугалась, что, если со мной что-то случится, тебе попадёт! А со мной ничего не случится, поняла? Все вы такие… трусы! И ни черта вы мне не помогли своим лечением! Только Маша мне помогла, Маша! Это надо же — задумали меня единственного ребёнка лишить! Сначала меня с Костей поссорили. Ты, ты поссорила!