— Конечно. Но в нём есть информация, которая требует немедленного рассмотрения.
— Какая информация?
— Понимаете, профессор незаконно присвоил себе ряд археологических ценностей и спрятал их в катакомбах. А Родь был его подручным, — начал Андрей.
— Значит, он знает местонахождение этого клада? — перебил его Буряк.
— В том-то и дело, что нет. Профессор опасался его и надёжно спрятал ценности.
— Выходит, что Родь сейчас охотится именно за этим кладом?
— Да, и клад этот представляет огромную ценность. Хотя Родь, по всей видимости, даже не представляет какую! — заметил Андрей.
— Но меня-то ты можешь просветить? Скажи хотя бы порядок цифр!
— Не могу, — признался Андрей, — Я не знаю, сколько он может стоить. Понимаете, значение имеет его научная ценность. А она огромна. Так что деньги за клад могут предложить только настоящие специалисты. Для всех других людей это лишь груда мусора. И для Родя, наверняка, тоже. Но в дневнике говорится о карте, на которой обозначено, где находится этот клад. А ещё там указаны ловушки, преграждающие дорогу к нему. Ловушки самые разные! От силков первобытных людей до мин-растяжек нынешних военных. Сомов же был профессором истории.
— Ну, я думаю, их можно преодолеть, — предположил Буряк.
— Вы, кажется, зря недооцениваете профессора. Он по-настоящему увлекался всем, что было связано с подобными вещами. Если узнавал что-то новое, то рассказывал об этом взахлёб, тут же набрасывал чертёж или делал макет. Поверьте, ловушки, которые он установил в катакомбах, это лучшее, что придумали люди для уничтожения себе подобных за всю мировую историю!
— Да, неплохо бы получить его карту, согласился следователь.
— Я думаю, без нее не обойтись. Знаете, я просмотрел дневник только мельком. Возможно, там указано, где её можно найти. Но надо поторопиться, ведь Родь уже ищет клад профессора.
— Утешает только то, что и ему придётся столкнуться с этими ловушками, — задумчиво сказал следователь. — Я займусь этим дневником немедленно.
— Если вам нужна будет моя помощь, то я в полном вашем распоряжении. Только… Я хотел бы немного отдохнуть.
— Да, конечно! Я зайду позже. — Следователь пошёл к выходу, но на пороге обернулся: — Да, Андрей! На маяке электронику уже починили, но и ты не забывай выполнять свою работу смотрителя.
Андрей только виновато улыбнулся.
Увидев Машу, Катя попыталась встать с кровати.
— Маша, привет! Как же я рада тебя видеть!
— А ну, ложись немедленно! — приказным тоном сказала Маша.
Она уложила Катю обратно в постель и заботливо укрыла одеялом.
— Ну что ты обо мне как о маленькой заботишься? — спросила Катя.
— Потому что ты ведёшь себя как маленькая! Ещё не оправилась от болезни, а уже пытаешься встать. А тебе уже надо заботиться не только о себе, но и о ребёнке. Понятно?
— Маша, большущее тебе спасибо за то, что спасла нас, — улыбнулась Катя.
— На здоровье. Только не делай, пожалуйста, так, чтобы мне пришлось снова за вас волноваться.
— Хорошо, я теперь буду во всём тебя слушаться. Обещаю!
— Правда?
— Конечно! Мы же с малышом тебе жизнью обязаны, — сказала Катя искренне.
— Знаешь, Павел Федорович мне как-то сказал, что тот, кто спас другого человека, потом всю жизнь несёт за него ответственность. Я считаю себя ответственной и за тебя, и за твоего малыша, и за Алёшу. А ещё у меня к тебе есть одна, просьба.
— Говори, я выполню любую.
— Пообещай, — потребовала Маша.
— Маш, зачем обещать? Я и так перед тобой в долгу до конца жизни.
— И всё же пообещай, что выполнишь её.
— Ну, хорошо! Обещаю, что выполню твою просьбу. И ещё миллион других! Согласна?
— Только эту, — отрезала Маша.
Катя поняла, что речь пойдёт о чём-то серьёзном.
— Я хочу, чтобы ты вышла замуж за Алёшу, — сказала Маша.
— Это что, шутка? — недоверчиво спросила Катя.
— Нет, я очень серьёзно. Ты ждёшь от Алёши ребёнка, и воспитывать его вы должны вместе.
— Я не стану выполнять эту просьбу.
— Катя, ты мне пообещала!
— Нам с Алёшей вовсе не обязательно жениться! Он и без этого поможет мне. И ты поможешь.
— Чтобы он мог заботиться о малыше, чтобы он был счастлив, вы должны жить вместе.
— А ты? — удивилась Катя. — Ты же любишь Алёшу!
— Я же сказала, что ответственна за вас. Я люблю и тебя, и Алёшу, поэтому буду счастлива, если вам будет хорошо.