За окном было лето, они находились вблизи от гор, но не в самих горах. Это была та самая база, на которой он увидел ангар-больницу. И сейчас они сидели в том самом карантине, который до этого рассматривали. Тем временем база жила своей жизнью, словно им было невдомек, что происходило с ребятами, что сейчас сидели в стеклянных клетках. Хотя им наверняка было все равно. Такое событие происходило каждый день на их практике. Военные проходили мимо, виднелись медики. Все это ему быстро надоело и он завалился в кровать, сразу уснув.
Он снова проснулся, на этот раз от глухого стука по стеклу. Приподняв голову, он увидел Свету и сперва подумал, что это ему снится. Она постучала еще раз и он понял, что это не сон. Сергей довольно бодро сел на кровать и медленно встал. Что ей здесь было нужно? Она улыбалась ему, но он подозревал, что это не спроста. Он медленно подошел к стене и прислонился к холодному стеклу лбом, одновременно рассматривая коридор. В коридоре был еще один человек. Это был Виктор. Он стоял, насупившись и смотрел на него как будто он красная тряпка. Сергей усмехнулся и перевел взгляд на девушку.
- Привет. – Произнесла она.
Он молчал. То, что он видел ее перед собой, то, что она за стеной стоит с Виктором, а он тут, совершенно один, почему-то это вызвало у него жуткое раздражение.
- Как ты себя чувствуешь?
Он ударил по стеклу, совершенно не понимая зачем. Его внезапно накрыла ярость, которая моментально исчезла и девушка в ужасе отшатнулась. Сергей сполз по стеклу и сел к ней спиной.
- Нормально. – Произнес он, поражаясь своему хриплому голосу. – Только нервный немного.
- Мне жаль.
- Зачем пришла Света? – Произнес он снова наполняясь злостью. – Какие цели преследуешь?
- Я тебе говорил. – Послышался голос Виктора и Сергей с яростью сжал кулаки. – Врачи говорили, еще рано. Он не очищен.
Он встал только когда они вышли. Развернувшись он посмотрел на Ренату. Она стояла у стекла и смотрела на него налитыми кровью глазами. В отражении он увидел свои. По глазам он ничем от нее не отличался. Это его успокоило. Постояв немного у окна и полюбовавшись жизнью за стеклом он снова упал на кровать и тут же уснул крепким богатырским сном. Он конечно о другом мечтал в городе, но и против сна ничего не имел.
Пробуждение было другим. Его трясло и было плохо, голова сильно кружилась и мутило. Почувствовав неладное, он рванул в туалет, насколько позволяло его непослушное тело и еле успел откинуть крышку унитаза прежде чем разразился фонтаном. Его мощно вырвало и рвало, пока не пошла вода. Выкинув из себя все что можно и даже то, что нельзя, он упал рядом с унитазом, тяжело дыша и поднял глаза на раковину. Там вода, надо только дотянуться. Кое как он поднялся на руках и включил кран, глотая жадно ледяную воду. Ему было все равно, откуда эта вода, очищали ли ее или она просто техническая, в данный момент это было неважно, он просто очень хотел пить. Вода прибавила ему сил, он даже кое как встал и дошел до кровати, сразу рухнув в нее и укутавшись в одеяло. Стуча зубами от холода по всему телу он немного помаялся и вырубился.
Следующее пробуждение он встретил уже без одеяла. Было очень жарко, как будто все помещение разогревали, как на сковороде. Он сполз на пол, чувствуя, что там прохладнее, содрал с себя футболку и улегся прямо так, ощущая, как приятен холодный пол его горящей спине. Дверь открылась и в помещение вошли двое санитаров в костюмах. Не интересуясь мнением пациента его уложили на кровать и вкололи что-то в руку. Сергей моментально поплыл и сразу вырубился.
Интересно, какой сегодня день? Эта мысль пробудила его вместо привычного монстра и он легко встал. Чувствовал он себя намного лучше. Он спокойно подошел к стеклянной стене и выглянул наружу. Ренаты не было в соседней камере. Видно они были наименее заражены, чем он и их выписали. По крайней мере Сергей на это рассчитывал. В отражении он посмотрел на свои глаза. Они были чистые, только немного уставшие.
Дверь открылась и в палату вошел один врач, без какой-либо защиты. Это был невысокий крепкий мужчина лет под сорок-пятьдесят с седыми волосами и усами. Он указал ему на кровать и юноша послушно сел.