Он опустился на колени и пополз в направлении звука, тщательно ощупывая шершавый камень. Он ползал довольно долго, но безуспешно. Теперь он выругался в полный голос.
И вновь ему послышался какой-то шорох. И не только шорох, но и слабый смешок.
Бустов затих. Он решил весь превратиться в слух, чтобы распознать — действительно ли кто-то поблизости шуршит и посмеивается. Или это галлюцинации.
Несколько минут он вслушивался, но тишина не нарушилась.
Успокоившись, он возобновил попытки найти зажигалку. Попутно клял себя за то, что оставил в машине мобильник — его светящийся голубой экран был бы сейчас немалым подспорьем. Впрочем, телефон он не брал сознательно — чтобы случайный звонок не привлек внимания подозреваемого.
Не прошло и минуты усердного ползанья, как голова с мягким стуком во что-то ткнулась.
Бустов от неожиданности шарахнулся назад, но никто на него нападать не собирался. Это были картонные коробки, сложенные здесь неведомо кем.
Осторожно, стараясь ни во что не вляпаться и не пораниться, Бустов ощупал находку. Он обнаружил с десяток консервных банок и запечатанные пакеты с чем-то сыпучим, вроде крупы.
«По крайней мере с голоду не умру», — подумал он, но вдруг разозлился. Какой еще голод! Ночевать тут, что ли?
«Если есть пол, значит, найдутся и стены, — рассудил Бустов. — Стало быть, есть и дверь, которую можно открыть. Это какой-то чертов склад или ангар, и я отсюда выберусь. А затем уже кропотливо выясню, как я сюда попал и кому в этой связи быть подвешенным за яйца».
Он решил, что хватит тут ползать. Надо двинуть наугад по прямой, пока не попадется стена.
Он двигался довольно долго, но никакой стены не нашел. В место этого снова наткнулся на картонные ящики. Теперь уже другие, внутри лежало какое-то тряпье.
Бустов протяжно вздохнул и уселся на пол — отдохнуть и привести нервы в порядок. Он, несмотря на активность, начал немного зябнуть. И воздух тут был какой-то мертвый и колючий, словно пылью дышишь. Впрочем, пока все это можно было перетерпеть.
«Ерунда какая-то, — думал Бустов. — Должна быть стена. То ли я по кругу мотаюсь, то ли самое неудачное направление выбрал».
Он убедил себя, что исследовал не так уж много пространства. В самом деле, когда ощупываешь и проверяешь в темноте каждый шаг, малые расстояния могут казаться огромными. Надо просто продолжить поиск.
Он продолжил поиск, потом прекратил и снова начал. Прошло несколько часов, а он так и ползал в кромешной тьме, где совершенно ничего не менялось.
Наконец он, выбившийся из сил, напуганный и одновременно возмущенный, остановился отдохнуть возле очередной груды ящиков. В одном из них нашелся блок сигарет, только вот никакого источника огня не было.
Бустов неподвижно сидел на каменном полу и глядел в темноту. Она, казалось, еще больше сгущается, хотя куда уж больше. Она словно обретала вес и плотность.
И еще казалось, что в ней вязнет даже само время.
— Начальник!
Бустов прямо-таки вскочил, чувствуя бешеное сердцебиение.
— Начальник, эй, ты где?
Не показалось. Действительно, из темноты его звал голос.
— Кто здесь? — крикнул Бустов.
— Свои, не бойся. Здесь чужих нет.
— Драницкий, — выдохнул Бустов. И безжизненно добавил: — Сука.
— Нагулялся, начальник? — спросил Драницкий.
— А я, думаешь, гуляю?
— Ну, ходишь туда-сюда, ищешь чего-то…
— Что это за место? И как я здесь оказался? — Бустов чувствовал ярость и готов был порвать Драницкого пополам. Но еще сильней была радость от того, что этому кошмару, очевидно, приходит конец.
— Начальник, придется тебе меня отпускать. Потому что доказательствов у тебя опять нету.
— Я тебя отпущу только на зону, урод.
— Не ругайся, а послушай. Обещай меня больше не мурыжить, отпущу тебя обратно.
— А не пообещаю, то что?
— Да ничего. Сиди тут сколько влезет.
— Ох, какой ты деловой, Драницкий. Не боишься, что меня искать будут, и твоя персона первым номером в этом поиске встанет?
— А пускай ищут. Тут не найдут. А с меня какой спрос?
У Бустова появилась мысль — не подобраться ли поближе, чтобы ухватить эту сволочь за горло и душить, пока не взмолится. Он никак не мог определить, сколько до Драницкого шагов — голос звучал словно над самыми ушами.
— Слушай, начальник, я тебе одну вещь скажу сразу — ты без меня отсюда не вылезешь. Вообще не вылезешь, никогда. Вот честное слово.
— Я и не из таких мест вылезал, — огрызнулся Бустов.
— Да нет же! Не веришь, да? Ну, тогда посиди тут денек подумай. Поползай на коленках, поищи выход.