— Витас, передохнуть не хочешь? Ты вроде даже осунулся и побледнел, — Бус действительно переживал за меня.
Я прислушался к себе, — Да нет, всё в порядке, до истощения организма ещё далеко. Ты лучше приготовь ремни или верёвки. С ногами всегда труднее получается….
В течении часа со всеми детьми было покончено и от хромых и колченогих никого не осталось. Стол передо мной ломился от еды, ещё бы ему не ломиться, когда я буквально вырасти новую ногу под восторженное сопение десятка зрителей последнему пареньку.
— Бус, предупреди его родственников, что парню на пару дней необходим щадящий режим, — не бегать, не прыгать, ногу особо не нагружать. Надо что бы кости и мышцы окрепли. Так, сейчас подкреплюсь, и займёмся взрослыми. И ещё, Сита, выведи всех посторонних. Как я понял, остались четыре женщины, а они могут стесняться и дёрнуться в ненужный момент, особенно те, которым надо наращивать кости ног.
В общем, когда я закончил с последней пациенткой, то без сил буквально упал на скамейку, — Знаешь, как-то мне пришлось лечить дракона, так вот ощущение такое же, словно меня использовали вместо лошади и заставили скакать с утра и до вечера без передышки. Помоги встать и добраться до лежанки, а потом захвати пару подносов с едой. Где-то через полчаса его величество зверский голод накинется на меня со всей силой.
Я ел и спал, спал и ел. Дети подземелья хоть и не велики ростом, но сил отнимали немеряно, зато утром я встал бодрым и полным сил, словно и не было никакой вчерашней слабости.
Бус заглянул в мой закуток, — Как ты себя чувствуешь? Ну и наделал ты вчера делов, дружище. Всё общежитие шумит, — он сел у меня в ногах. — С тобой захотел встретиться наш старший и обсудить несколько важных для них вопросов. Это в первую очередь касается больных и убогих из других общежитий. Таких набирается около трёх десятков, но, насколько мне известно, тяжёлых и трудных среди них нет, так как их всех ещё до твоего появления отправили к нам. Эх, чувствую накрылось наше путешествие и тайна двух крестов так и останется неразгаданной.
— Это почему же?
— Да как ты не понимаешь? Как только сведения о тебе попадут в другие анклавы, — продолжать он не стал, а только обречённо махнул рукой. — В лучшем случае всех их больных и калек переправят к нам, в худшем, тебе придётся самому перебираться к ним.
— Бус, ты нашим хозяевам этак ненавязчиво намекни, что я не просто маг, а боевой. И сжечь или заморозить несколько общежитий мне в десятки раз легче, чем вылечить пяток больных, сил я на это почти не трачу, а поэтому никакого диктата не потерплю.
— Конечно, скажу. Ты вот что, если Сита захочет расплатиться с тобой за своё излечение своим телом, ты понимаешь, о чём я говорю, не вздумай отказываться — это смертельное оскорбление и обида. Вот принято у них так. Незамужняя девушка только так может отблагодарить своего благодетеля. К тому же есть шанс, что ваш ребёнок унаследует часть твоей силы. У меня здесь тоже есть сын и я хочу верить в то, что хоть толика моих талантов, тяга к науке и знаниям передастся ему….
Из комнат Буса я вышел только к обеду в свою третью очередь и с удовольствием навернул двойную порцию, которую мне любезно предложила Сита. Бус многозначительно хмыкнул и шёпотом поведал мне, что тем самым Сита заявила на меня свои права как на её мужчину.
— С одной стороны это хорошо — на тебя не будут вешаться другие, а с другой плохо, так как теперь придётся брать её с собой в поход к крестам, ибо она должна везде тебя сопровождать. Вам, скорее всего, выделят отдельное помещение, благо после излечения освободилось много комнат. Ты только не соглашайся на переезд в другое крыло.
— Не волнуйся, я тебя не брошу и всегда буду рядом, по-крайней мере на тот срок, что меня подрядили присматривать за тобой.
Мне действительно предложили перебраться в отдельное помещение, точь в точь как у Буса, да и находилось оно по соседству с его занавеской. Там уже вовсю хозяйничала Сита, а ведь между нами не было сказано ни единого слова. В очередной раз пришлось обратиться к Бусу за разъяснениями.
— А что тут не понятно? Ты принял пищу из её рук, позволил сесть рядом, а значит ты признал её как свою женщину. Вот такие тут простые нравы, Витас. Да, если у тебя остались нерешённые дела на поверхности, то ты только скажи мне, а я передам старшему. Он постарается все вопросы разрулить.