Потом за ним снова пришел охранник. Облачное тело не удаляли, наручников не надели, и это был хороший знак. Кельм все еще не был до конца уверен, что прошел проверку.
Вангал-охранник доставил его на этаж, где располагалось так называемое "Отделение психотерапии". Кельм вошел в длинный кабинет, разгороженный посередине столом, и сразу вздрогнул. На стуле у стены, со связанными позади руками, сидел Холен.
Бывшего коллегу было трудно узнать. То, что лицо почернело и заострилось, ввалились глаза -- понятно, Холена тоже подвергали физиологическому допросу. Черты его дьявольски исказились, лицо было перекошено, и в глазах застыла паника. За спиной пленного замер безмолвный гигантский охранник.
Кельм перевел взгляд на психолога в зеленоватых одеждах, мягко подошедшего к нему. Пожал протянутую руку.
- Лотин, - представился психолог, - мы с вами еще не встречались, кажется, иль Кэр? Присаживайтесь.
Кельм аккуратно сел на свободный стул напротив Холена, избегая смотреть на коллегу.
- Ну что, иль Нат, - обратился к нему психолог, - вы повторите в присутствии иль Кэра все то, что рассказали о нем?
Холен отвернул лицо и молчал.
- У нас небольшая проблема. Ну что ж, иль Кэр, тогда вы. Вы ведь знаете, кто этот человек?
- Холен иль Нат, служащий контингента Б, активный консультант по производству виртуального оружия, бывший гэйн, - ответил Кельм.
- В каких отношениях вы с ним состояли?
- В деловых. Мы оба консультанты, только я уже не работаю на производстве оружия. Непосредственно мы мало соприкасались. Конечно, встречались на работе. Иногда были какие-то разговоры.
- Вне работы вы не общались?
- Нет.
- Скажите, а почему? Вы оба -- бывшие гэйны. Дейтрины. У вас похожая судьба. Казалось бы, только естественно, если бы между вами возникла дружба... близкое общение.
Кельм пожал плечами.
- Дружба не всегда возникает, люди все разные, человек не сводится только к национальности и судьбе. Кроме того, вы сами сказали -- бывшие. Мы бывшие дейтрины, бывшие гэйны. Обстоятельтсва... нашего появления здесь... как-то не располагают к тому, чтобы ими гордиться и делиться друг с другом. У меня новая жизнь, не имеющая ничего общего с прежней. У меня достаточно друзей, общения, личной жизни вне лиара. Я посещаю клубы, имею хобби. Мне как-то странно слышать, что я должен был непременно общаться с иль Натом.
- Вы не любите иль Ната? - полюбопытствовал психолог.
- Я вообще гетеросексуален, - ответил Кельм. Дараец поморщился.
- Он не нравится вам как человек?
- Ну почему же, - сказал Кельм, - я ему сочувствую. Понимаю его положение. Я сам в таком же положении.
- Но вы не проявляли это сочувствие практически?
- Я не сестра милосердия, знаете ли... Каждый выкручивается как может. Я нашел свое место в жизни, считаю, что успешно. Я своей жизнью доволен. В конечном итоге, попадание в плен улучшило мою жизнь. Если иль Нат считает иначе -- это его проблемы. Здесь достаточно психологов, и кстати, я советовал ему обратиться...
- Очень уж гладко все у вас получается, - заметил Лотин. Кельм не стал на это ничего отвечать, лишь слегка наклонил голову.
- Вы утверждаете, что лояльны к Дарайе. Вас не оскорбляет эта проверка, например?
- Давайте рассуждать разумно. В Дейтросе я был гэйном, честно служил, и постоянно находился под таким же пристальным вниманием Верса. При малейшем подозрении мне бы там устроили такую же проверку. Здесь я чужой человек, пленный, принадлежу к иной расе, идет война... Почему меня это должно оскорблять?
- Иль Нат, а что вы скажете об этом? - психолог повернулся к пленному, который съежился еще больше, - как видите, у иль Кэра несколько другие представления о ваших отношениях и о вас. Вы считаете, что он лжет? Я хочу услышать ваш ответ.
- Я не знаю, - прошептал скрюченный, покрывшийся отчего-то испариной Холен.
- Хорошо, тогда прослушаем вашу версию, - Лотин поиграл клавишами ноутбука. Из динамика раздался слабый, задыхающийся голос Холена.
Холен нес чушь. Путано и сбивчиво он объяснял, что Тилл иль Кэр, его коллега по лиару - дейтрийский агент. Он, Холен, давно это заподозрил, но у него не было доказательств, и он боялся. Он видел у иль Кэра некие секретные документы (какие - объяснить не смог). Кроме того, иль Кэр планировал уничтожение его, Холена, как предателя Родины.
Кельм устало морщился, выслушивая все это. Психолог выключил запись. На Холена было жалко смотреть.
- Возьми себя в руки, иль Нат, - жестко сказал Кельм, - нельзя же так распускаться.
- Тилл, - сказал предатель изменившимся голосом, - прости. Извини. Я не могу. Мне сказали, что меня опять заберут туда. Что они опять... я не могу даже думать об этом!