Так-то можно привыкнуть, теперь они с Илейн работали вместе, отношения - ровные и доброжелательные. Но этот профессионально-участливый взгляд...
- Спасибо, - весело ответил он, - теперь у меня все в порядке. А у вас тут ничего новенького нет?
- О-о, фел Кэр! Сегодня я могу вас порадовать. Новенькое у нас есть.
- Да?
- Да. Мы взяли в плен двоих дейтринов. Но женщина, кажется, безнадежна, она в госпитале, и врачи ничего не обещают. А вот с парнем мы работаем.
Его звали Эрмин, а имя сена он не назвал. Ему было лет семнадцать на вид. Недавно из квенсена. И сразу вот так не повезло. Бывает.
Правая рука в гипсе до плеча, лицо там и сям заклеено пластырем, темно-русые волосы торчат как пакля. В карих ввалившихся глазах -- усталость и равнодушие.
"Познакомься, это Тилл иль Кэр, он тоже был в твоем положении, сейчас работает у нас в центре разработки виртуального оружия".
Весь такой ухоженный, жизнерадостно-энергичный, в незаметно дорогом костюмчике.
Надо, очевидно, что-то сказать.
- Привет, Эрмин, - Кельм говорил по-дейтрийски. Илейн знала язык, да и разговоры все пишутся, разберут потом, - я уверен, что рано или поздно мы будем работать вместе с тобой. Тебе сейчас важно поправиться... поправить здоровье, нервы. Все будет хорошо. Не сомневайся.
Лицо молодого гэйна чуть дрогнуло от омерзения.
- Уйди, гнида, - попросил он.
- Твое мнение изменится, - мягко сказал Кельм. Парень слегка качнулся на стуле, оперся о стол здоровой рукой. То ли ему уже не дают спать, то ли слабость от ранения. Илейн сделала Кельму знак, и он послушно вышел в коридор, продолжая тщательно контролировать мимические мышцы.
Бедная Ивик, ей предстоит внеочередной сеанс связи. Но что делать, тянуть с этим нельзя.
Лифт страшно вонял, кажется, кто-то проблевался. К тому же Ивик вспомнила о поддержании физической формы. Было бы странно для нее устраивать интенсивные кроссы на местности, это нарушало бы конспирацию, но по лестнице на восьмой этаж забежать -- вполне можно. Хотя после работы она не так, чтобы совсем не устала. Вроде бы работа не тяжелая физически, но -- все время на ногах, как-то выматываешься. Ивик запрыгала вверх по ступенькам.
Между шестым и седьмым на лестнице сидела девочка. Дарайская девочка, блондинка, помладше детей Ивик. Лет, наверное, четырнадцати. Ивик остановилась.
- Привет.
- Привет, - настороженно отозвалась та. Короткие встопорщенные волосы, большие голубые глаза, выражение полнейшей независимости и крутизны на маленьком бледном лице. Куртка и штаны из серого синтока.
- Ты чего тут сидишь? - Ивик почему-то думала, что девочка не ответит. Но та шмыгнула носом.
- Ключ забыла. А предки уперлись не знаю куда.
- Тут на седьмом живешь?
- Ага.
- А я на восьмом. Недавно въехала. Хочешь -- пошли ко мне?
Девочка, тоже к удивлению Ивик, согласилась. Она сидела на свежеотремонтированной кухне и поглощала хлопья с молоком. Ничего существенного Ивик не сварила. Судя по аппетиту, соседке не всегда удавалось поесть досыта, а растущий организм требовал своего.
Ее звали Келиан Инэй, ей было четырнадцать, а училась она - в классической школе, что крайне необычно для ребенка ее социального слоя. Большинство таких попадали в интеграционную, не дающую никаких перспектив в жизни, и лишь самые способные умудрялись пробиться в так называемую свободную школу. Но только классическая давала после окончания право на высшее образование.
Родители Келиан были сиббами, всю жизнь проживали в этом доме. У Келиан были еще сестра и брат, а потом ее мать, во время очередного курса лечения в атрайде, прошла стерилизацию. Можно родить вангала, допустить генетическую операцию, заодно увеличили бы пособие - но видно, женщина не захотела. А может, ей запретили по состоянию здоровья. Мать и отец Келиан злоупотребляли как дешевым алкоголем, так и хайсом, доставать который было не просто.
Все это Келиан могла бы и не рассказывать, все написано на ее бледном до синевы тоненьком личике, в складках дешевого и давно не стиранного барахла, на торчащих из коротких рукавов костлявых грязных запястьях в пластмассовых браслетах.
Она, впрочем, выглядела довольной и независимой. Прошлась по комнате, задержалась у книжного шкафа.