- Я считаю, что патриотизм заключается в том, чтобы приносить пользу своим соотечественникам, - с умным видом пояснил предатель, - дейтрины страдают от антидемократического правительства, религиозного фундаментализма, и наибольшая польза, которую им можно принести -- освободить их... Дарайя -- свободное, демократическое государство, высокий уровень потребления для всех, гуманизм.
Эрмин едва сдерживался, чтобы не застонать.
- Вы все время балаболите про гуманизм, - он не смотрел на предателя, обращаясь исключительно к Илейн, - а что вы делаете со мной? Это -- ваш гуманизм? И еще этим вашим... другим корпусом стращаете...
- Не спорю, тебе нелегко приходится. Но Эрмин, разве тебе когда-нибудь было легко? В Дейтросе тебя не мучили всю жизнь? В квенсене? Тебя никогда не били, не угрожали, не сажали под арест? Ты не знал холода, недоедания? Ты вообще -- хорошо жил в Дейтросе?
Гэйн молчал. В глазах что-то мелькало. Какие-то воспоминания. Психолог, вероятно, попала в яблочко.
- Путь к высшему часто проходит через страдания, через преодоление себя, - тихо сказал Тилл. Как-то очень просто сказал, хорошо. Хотя и сволочь...
- Да, я не спорю, для того, чтобы переубедить тебя, мы применяем не совсем гуманные методы, - подхватила Илейн, - но к сожалению, твоя сложившаяся психическая структура уже не может быть перестроена мягкими способами.
- Вы ее и жесткими не перестроите, - буркнул Эрмин. Почему-то присутствие Тилла вызывало желание бороться и ненавидеть.
- Ты стал слишком самоуверенным, - констатировала Илейн. И сделала какой-то знак охраннику. Тот приблизился к пленному и стал просовывать под ремни маленькие проводочки. Эрмин сжал зубы. С ним это уже делали. Это так -- мелочи, объясняла Илейн. Простая демонстрация. Она запустила прибор. Эрмина мгновенно скрутила судорога, он терпел, обливаясь слезами, несколько секунд, а потом закричал...
- Тилл, - Илейн внимательно на него смотрела, - теперь попробуйте вы. Возьмите вот здесь.
...Он все-таки мальчишка. Такой же, как Ви и Луар. Пацан. Наверное, эта округлость подбородка, эти складочки у рта у него -- с раннего детства. Он был малышом, и сидел на коленях у какой-то дейтрийской женщины, мама кормила его кашей, и он широко и доверчиво открывал ротик... Кельм рванул рычаг. Держал, пока Илейн не сделала ему знак -- отпустить. Крик затих. Свежая ссадина у рта открылась, текли слюни, смешанные с кровью. Багровое от напряжения лицо залито слезами. Даже ненависти нет в помутневших от боли глазах. Тоска, бесконечная усталость.
- Будет еще хуже, - сказал Кельм, хорошо контролируя голос, - я советую тебе подумать. Не все, к сожалению, герои, и не все гиганты. А психика и тело у тебя -- не казенные.
Илейн не сводила глаз с Кельма, тщательно изучая его мимику.
Ивик открыла дверь. Келиан стояла на пороге.
- Заходи, - она едва удержалась, чтобы не потрепать девчонку по голове. Как будто Миа вернулась. Хотя Миари совсем не похожа на эту дарайскую девочку, белобрысую, грязноватую, с наглым надменным взглядом.
- Можно к вам? Не помешаю?
- Нет, конечно. Я рада. Знаешь, я почитала твои стихи... заходи на кухню.
Келиан не отказалась от угощения и с жадностью пожирала хлопья с молоком. Ивик поставила воду и начала чистить овощи.
- Сейчас нормальный ужин сделаем. Ты дома не ела, что ли?
- Предки пьяные, жратвы вообще нет. Ниче, что я вас объедаю?
- Да брось ты, прямо уж объела! Так вот, стихи мне понравились. Особенно про солнце в кармане.
- Теть Ивенна, я вообще с вами посоветоваться хотела... тут у нас такие дела...
- А что такое? - Ивик подсела за стол.
- Прикиньте, сегодня меня к психу вызвали, - Кели сделала паузу на жевание.
- Тебя часто вызывают, разве не так?
- И представляете... меня столько тестов заставляли проходить, я уж чувствовала, что дело неладно. И короче, псих мне и говорит, что меня выбрали... и предлагают мне работу в лиаре, в центре этих... виртуальных вооружений...
Ивик задумалась. В принципе, а что удивительного? Кели же очевидный "контингент А". Талантливых подростков здесь выявляют хоть и несколько позже, чем в Дейтросе -- но так же тщательно. Ни одного не пропустят. И делают предложение, от которого нельзя отказаться. Даже непонятно, почему Кели так нервничает.
- Не знаю вот -- соглашаться, нет...
- Почему же нет? - удивилась Ивик, - соглашайся. Для тебя-то это наверняка будет лучше. Там очень хорошо платят. Мне столько и не снилось. Интернат, своя комната, все удобства. Свой собственный компьютер, у тебя ведь нет своего?